И как «стражи» его отпустили? Или он сам, потихоньку ушёл? А может, им, наконец, надоело быть няньками этому выскочке, этому нахалу, этому задаваке, этому… этому… Перфидо даже глаза зажмурил от возмущения, когда вспомнил малыша Веню, такого «правильного», просто до тошноты, со всей его обстоятельностью и непробиваемостью. Чего только не придумывал он, Перфидо, чтобы пронять наглеца – а тому всё нипочём! Не-ет, теперь-то он будет сидеть здесь, хоть до посинения, но поймает-таки этого поганца! И тогда… А действительно, что – тогда? Распалённый охотой Перфидо как-то не додумывал раньше эту мысль до конца. Вот поймает он енота, наваляет ему как следует и… что потом? Ну, не есть же его, в самом деле… Или – съесть?! В воспалённом мозгу вконец оголодавшего Перфидо всплыла картинка: вот он изловил Веню – такого толстенького, кругленького – и ест его… только косточки хрустят. Тут Перфидо стало как-то не по себе и он затряс головой, отгоняя опасное видение. Вообще, он был так сердит, что готов был утопить енота в озере, пока никто не видит. Ладно, решил он, сначала нужно поймать. А потом он что-нибудь придумает… эдакое.
И тут раздумья пришлось прервать, ибо началась война. Хотя сначала Перфидо этого и не понял, потому что разве может почти взрослый лис всерьёз воспринимать какую-то там сороку! Когда та прилетела и уселась на ветке орешника почти над самой его головой, Перфидо на неё и не взглянул. Всё его внимание в этот момент было приковано к лягушке, которая вполне могла сойти за лёгкую закуску перед завтраком. Главное было её не упустить.
Занятый охотой за лягушкой, Перфидо не видел странных манипуляций сороки. Сидя на ветке, та поворачивалась и так, и сяк, поглядывая вниз то одним, то другим глазом, словно примеряясь к чему-то. И примерилась-таки… Для лиса это оказалось весьма неприятной неожиданностью, когда изрядная порция жидкого помёта шлёпнулась ему прямо на нос. Перфидо завопил и завертел головой, стараясь отряхнуться. Но не тут-то было! Сорочий помёт оказался клейким, приставучим и вонючим. А лягушка ускакала.
Ругая сороку на все лады, Перфидо бросился к воде, отмываться. Но он совсем позабыл о выдре, которая только того и ждала, когда враг окажется на её территории. Быстро нырнув, Лутра под водой подплыла к лису и цапнула его за лапу своими острыми зубами. Перфидо взвыл и выскочил на берег. Теперь-то он понял: это война. Но почему?! Почему все здесь стараются помешать ему в его деле, сугубо личном, и совершенно их не касающемся? Разве он их как-то задевал? Сидел себе тихо, никого не трогал, сторожил нору… Поразмыслив, Перфидо решил, что и раки напали на него не сами по себе. Кто-то их натравил. Но за что? Неужели и здесь этот противный енот Веня пользуется чьим-то расположением и опекой?
Лис, конечно, не боялся ни выдры, ни сороки (ух, он с нею ещё поквитается!), а только больше злился и укреплялся в своём намерении сидеть здесь до последнего, чтобы изловить Веню. Эх, лучше бы Перфидо не был таким упрямцем… Это спасло бы его от больших неприятностей – таких, о которых он и не подозревал.
Кое-как счистив с морды сорочий помёт, Перфидо вновь отправился на поиски пропитания. При этом он одним глазом следил за сорокой, которая далеко не улетала и раскачивалась на кустах неподалёку, следя за ним самим. Выдра куда-то уплыла. Во всяком случае, её не было видно поблизости. Теперь лис старался избегать кустов и деревьев, предпочитая открытое пространство, где на него не могли свалиться сверху ничьи какашки, даже случайно. Представьте, он жестоко ошибся!
Пока Перфидо следил за первой сорокой, сзади подлетела другая. Совершив замысловатый пируэт, она прицелилась и… Да-да, растяпу лиса настиг новый заряд сорочьего помёта! Вторая оказалась не столь меткой – ведь ей пришлось «стрелять» прямо на лету – так что вонючая жидкость растеклась не по голове, а по холке слева. Перфидо зарычал и стал кататься по мокрому песку, счищая с себя «небесный подарок». Однако это было только начало.
Вскоре за второй сорокой, выполнившей свою миссию и скрывшейся за деревьями, прилетела парочка ворон. Эти были здоровенные, нахальные и даже не пытались прятаться. Громко каркая, они сразу пошли в лобовую атаку, и бедняга Перфидо, как ни пытался ускользнуть от таких «бомбардировщиков», получил всё сполна. Вороны были явно довольны результатом и улетели восвояси. Но этим дело не кончилось. Прилетали всё новые и новые птицы, маленькие и большие, делали разворот над головой лиса и, кто зависая, кто на бреющем полёте, выпускали свои помётные очереди по живой мишени. Пусть и с разной степенью точности, но большинство из них попадали в цель.
Перфидо прыгал из стороны в сторону, отряхивался и вытирался о песок. После особенно метких попаданий приходилось даже мыться в озере – хотя и делая это с оглядкой и с опаской, помня о скрывающейся где-то там, под водой, выдре. Хорошо ещё, что больше нападений с этой стороны на было.
