Джини понимала, что она пережила самое мучительное испытание, какое только может выпасть матери.
– Ты нас так напугала, – нежно произнесла Шанти, убирая локоны со лба дочери. Элли отстранилась от руки матери, не обращая на них никакого внимания, и продолжала увлеченно собирать башню из «Лего». – Думаешь, она не расстроится, если я уйду ненадолго?
Джини пожала плечами.
– Ты всегда можешь вернуться.
День тянулся медленно. Джини сдалась на уговоры Элли в четвертый раз повторить рассказ, который они читали, стараясь хоть что-то в нем менять каждый раз, чтобы не сойти с ума: «Вжик-вжик прошуршал хвост крокодила, клац-клац застучали его зубы. Дети испугались? Конечно, испугались…».
– Еще, – потребовала Элли, толкая книгу прямо в лицо Джини.
– Теперь ты мне рассказывай, – предложила Джини с надеждой.
Элли задумалась.
– Гм… сложно. Ты читай, Джин, тебе же нравится.
– Мне нравится? Ну хорошо, последний раз.
– Спасибо, Джин. – Элли торжествующе улыбнулась, понимая, что одержала победу, хотя обычно в таких ситуациях у нее это не получалось, но ей было все равно, почему так происходит.
На утреннем обходе врачи заключили, что она может уже вечером отправиться домой, если там ей обеспечат спокойствие и тишину, но было уже пять часов, а они все еще ждали врача, который должен был их выписать.
– Все готовы? – Джордж подошел к кровати, размахивая ключами от машины, и весело помахал внучке. – Машина ждет. Она на «левой» парковке – для доставок или чего-то еще – так что нам лучше поторапливаться.
– Придется подождать, ее еще не выписали официально. – Шанти нахмурилась, в сотый раз взглянув на часы в палате. – Где же врач?
– Тогда я переставлю машину. – Джордж направился к двери. – Позвоните мне. Припаркуюсь на соседней улице. Наверное, он скоро придет.
– Кажется, педиатр – она, – сказала Джини рассеянно. Ни Шанти, Ни Джордж не обратили внимания на ее слова, и на мгновение ей показалось, что она вообще ничего не говорила, погруженная в свои мысли о том, что совсем скоро ее секрет раскроют. Возможно, Шанти упомянет Рэя при Джордже, чтобы проверить ее.
В тот вечер зеркало показало ей, как напряжение этих дней сказалось на ее лице, подчеркнув морщины и потухшие от усталости глаза. У нее было такое чувство, будто ее жизнь выворачивается наизнанку. На пути домой, когда они высадили Шанти и Элли возле их дома, Джордж сказал, что его беспокоит то, как их дочь ведет себя с Алексом.
– Я понимаю, она пережила огромный стресс, но незачем так грубить бедному Алексу. Ему тоже несладко.
Шанти отреагировала довольно злобно, когда муж открыл ей дверь и хотел забрать у нее Элли.
– Она злилась на него, потому что он уехал после того, как Элли упала.
Джордж бросил на нее взгляд, пока искал место для парковки.
– Я думал, ты была с ней, когда она упала.
– Нет, я пришла как раз после того, как это случилось. Кто-то на площадке сказал Алексу, что Элли нужно показать врачу, потому что она могла голову разбить, но Алекс проигнорировал совет и отправился на свою встречу.
Джордж кивнул с пониманием.
– Ясно, почему она так злится. Когда же этот парень научится уму-разуму?
Джини внезапно взбесила безграничная терпимость Джорджа к Алексу.
– Он не парень, он сорокадвухлетний мужчина.
– Хорошо, хорошо, не волнуйся. В конце концов, все живы-здоровы.
Ее телефон зазвонил в тот момент, когда Джордж осторожно парковался задним ходом. Без очков она не могла рассмотреть номер, но была уверена, что это Рэй.
Джордж выключил мотор и посмотрел на нее.
– Может, это Шанти, – кивнул он на продолжавший звонить телефон.
– Нет. Я не узнаю номер, а мне сейчас совсем не хочется говорить с кем-либо.
– Может, я отвечу и скажу, что ты занята? – спросил Джордж, протягивая руку к телефону.
Джини поспешно бросила его в сумку.
– Нет! Спасибо.
Джордж пожал плечами, но когда Джини вышла из машины, у нее появилось гнетущее понимание того, что отныне все ее разговоры с семьей придется тщательно обдумывать и контролировать, чтобы случайно не упомянуть Рэя.
Она разгладила крем на лице и шее, вокруг глаз, внимательно рассмотрела себя в зеркало, расчесала волосы и со вздохом отвернулась от того, что так явно напоминало ей о возрасте. Да она с ума сошла, если думает, что кто-то, не говоря уже о таком привлекательном мужчине, как Рэй, назовет эту старую каргу сексуальной!
