Четверо легендарных полностью

Первый месяц боев прошел с переменным успехом. Но под Ореховом враг решил во что бы то ни стало сломить сопротивление красных. Правда, дивизии удалось изрядно потрепать врангелевцев. За пять дней красные полки дважды овладевали городом, но дважды и оставляли его. Не удавалось добиться полной победы. Белые прорывали фронт, вводя в бой свежие силы. Вражеские самолеты забрасывали бомбами позиции дивизии.

Вот почему не оставляла Федько тревога, когда сегодня поутру 46-я снова пошла в наступление.

На этот раз главный удар по врагу наносила бригада курсантов, Но удастся ли им добиться успеха?

Опасения были не напрасны. Вскоре начдиву донесли, что не выдержали и курсанты яростного огня белых — отступили.

«Если бы хоть какие-то резервы! — думал Федько. — Можно было бы бросить в бой свежие силы, двинуться в обход, нанести нежданный удар — маневрировать».

Скоро у него появится такая возможность — под его командованием будет создана ударная группа войск.

Федько не замедлит использовать возможности группы. Но особенно они скажутся, когда, отбросив советские части, белогвардейцы переправятся на правый берег Днепра — в том числе и Марковская дивизия, состоявшая почти сплошь из офицеров, прославивших себя зверскими расправами над мирным населением.

Нежданным ударом Федько выбьет марковцев из хуторов, где они расположились. Белые пустятся наутек. Тогда Федько бросит в бой конницу. Она перекроет белым пути отступления — заставит драться.

Потерпев поражение, белогвардейцы бросятся в бегство — паническое, отчаянное. Конница будет топтать пехоту, пехота стараться оттеснить конницу, стремясь поскорее пробиться к переправе через Днепр.

На следующий день командующий Южным фронтом Михаил Васильевич Фрунзе будет поздравлять Федько с крупной победой, в результате которой «закреплен Никопольский плацдарм, явившийся исходным пунктом к полному разгрому войск Врангеля».

И месяца не пройдет, как все это случится. Но пока у Федько не было никаких резервов. А Орехов любой ценой должен быть взят.

Федько направился в расположение бригады.

У курсантов особое отношение к начдиву. Они и восхищались им и немножко завидовали ему. Еще бы: курсанты только готовились стать красными командирами, а Иван Федько, их сверстник — ему на днях исполнилось 23 года, — уже успел командовать полком, дивизией и даже армией.

Начдив отдал приказ о наступлении и сам пошел в первой шеренге наступающих.

Так же яростно хлестал вражеский огонь, но не дрогнули курсанты, не отступили… Они равнялись на Федько, а он шел впереди, не кланяясь пулям.

Бригада уже «перешагнула» через тот огневой «порог», о который «споткнулась» недавно. Уже выбиты белые со станции. Бой переместился на городские окраины. Но в это время враг ввел резерве!. Дрогнули курсанты: еще немного — не выдержит бригада белогвардейской атаки, отступит. Чем помочь бойцам, как внушить несокрушимую стойкость?

— Знамя! — распорядился начдив. — Знамя вперед!

Алое полотнище затрепетало над цепями курсантов. И они поняли этот безмолвный призыв: во что бы то ни стало — вперед, во что бы то ни стало — победа!

Падали на землю убитые и раненые. Но курсанты смыкали ряды и шли вперед, за знаменосцем, рядом с которым шагал начдив.

На рассвете Федько распахнул дверь в телеграфную:

— Срочное донесение: Орехов взят, в резерве ни одного бойца…

Федько напряженно всматривался туда, где у поворота дороги покачивались на ветру две сосны. За ними несколько минут назад скрылись разведчики. А до опушки недалеко — вот-вот должны вернуться.

__ Ну, наконец-то…

— «Красношапочники» в деревне!

Рванулся вперед открытый «паккард» Федько с пулеметом, приспособленным для кругового обстрела. Следом помчались грузовики с пулеметами на бортах.

Дорога круто свернула вправо, и за редеющей стеной леса сразу показались две крайние избы деревни, стоящие чуть на отлете.

Очень спешил отряд, но все-таки опоздал. Бандиты успели скрыться.

— Эх, чуть бы пораньше! — огорчался Федько. — Ну, хоть на самую малость!

Преследовать бандитов не имело смысла: приближалась ночь, да и машины после многочасовой гонки надо привести в порядок: сменить камеры, заправить горючим, иначе застрянешь где-нибудь в лесной глухомани, а с бандитами шутки плохи — Федько за это время уже успел усвоить их повадки.

Снова началась для него пора «боевой практики», как он шутил, покидая стены академии. Ведь это было уже в третий раз. В марте 1921 года слушатель Военной академии вел за собой бойцов по льду Финского залива на штурм мятежной крепости, а в мае оказался здесь, в Тамбовской губернии, где действовали антоновские банды, получившие название по имени своего главаря Антонова.

Бороться с мятежниками было очень трудно. И не только потому, что они обладали немалыми силами — их армия достигала 50 тысяч. Антояовцы прекрасно знали местность. К тому же зажиточные крестьяне снабжали их лошадьми и продовольствием. Поэтому командование советских войск решило прежде всего лишить антоновцев баз — занять их опорные пункты красными гарнизонами.