— Или символ бесконечности. — Он достал телефон и сфотографировал татуировку.
— Свежая. Видишь воспаление по краям? Он набил ее меньше недели назад.
Портер постарался свести воедино все, что он узнал.
— Возможно, это как-то связано с религией. Он умирал.
— Дальше уж вы работайте — вы же детективы, — сказал Эйсли.
Портер приподнял край белой простыни, закрывающей голову. Материя отлепилась с громким треском, как липучка.
— А лицо, возможно, удастся реконструировать, — заметил Эйсли.
— Правда? — оживился Портер. — Думаешь, получится?
— Реконструкцию буду делать не я, — ответил Эйсли. — У меня есть друг… подруга… она работает в Музее науки и промышленности. Она специалист по такого рода делам — старым останкам и прочему. Последние шесть лет она воссоздает останки представителей племени иллиной, найденные неподалеку от округа Макгенри. Обычно она работает с фрагментами черепа и костей, а не с таким… свежим материалом. Но, думаю, у нее получится. Я ей позвоню.
— Она? — переспросил Нэш. — У тебя завелась подружка? — Он снял отпечатки с туфель и упаковал набор для снятия отпечатков. — Довольно много — шесть частичных и по крайней мере три целых отпечатка большого пальца. Я, конечно, вовсе не хочу сказать, что у нашего неизвестного три пальца, хотя в таком случае опознать его было бы гораздо легче. Отправлю то, что есть… Встречаемся в оперативном штабе! Давай через час? Я и капитана извещу.
Портер вспомнил о дневнике, который лежал у него в кармане. Час — совсем неплохо.
