– Никто не захочет идти в дом, где живет дочь сахиры. Я возьму Лейлу с собой в Аккалу, мы доберемся за четыре часа. Там никто ее не узнает. Там же и сделаем портрет. Но выезжать нужно сейчас, чтобы успеть приехать засветло и найти девушке приличный гостевой дом.
– Как уезжать? Но мы не готовы! – залепетала женщина.
– Мы договорились обо всем, тетушка. Не нужно никаких приготовлений. Все нужное мы купим в Аккале. Ехать лучше налегке. Она проведет там день или два, пока не будет готов портрет, а потом я отправлю ее со слугами и стражниками назад. Я буду беречь ее, тетушка, – и он снова смиренно согнулся в поклоне.
Тетушка засуетилась. Девушку нарядили в простое темное платье и с головы до ног замотали в черное покрывало. Она взяла с собой только шкатулку, которая так и была у нее в руках. Алим подгонял их. Наконец тетушка, вся в слезах, обняла Лейлу.
– Никогда мы с тобой не расставались, с тех пор как я взяла тебя в этот дом. Эти три дня покажутся мне тремя годами!
Она наскоро прошептала слова благословения и громко разрыдалась. Лейла плакала тоже, но Алим уже подталкивал ее к выходу. Там стояли слуги с крытыми носилками, окна носилок были зашторены. Никто из жителей города не узнает, что по улицам несут дочь ведьмы. Никто не потревожит ее. И она не сможет даже бросить взгляд на улицы города, по которым никогда не ходила. Слезы застилали ее глаза, и она прижимала к себе шкатулку. Путешествие началось, и ей было страшно.
Во время поездки Алим пытался развлекать девушку беседой, рассказывал о красотах моря, которое она сможет увидеть в Аккале, о высоких горах на подступах пустыни Хармат, за которыми прячется город Саранд, о золотых копях, из которых черпают жители города свое богатство, и прекрасных садах правителя города, кади и ее возможного жениха – трех самых больших и красивых в городе. Постепенно Лейла успокоилась. Среди мыслей о тетушке и покинутом доме стали появляться и другие. Она увидит новых людей, будет говорить с ними. Она наконец увидит другой город. Она сможет гулять в саду, надежно скрытая от любопытных взоров черным покрывалом. И у нее будет время, чтобы почитать книгу стихов, которая оказалась обычной книгой, и попробовать понять, что с ней приключилось ночью – странный сон, видение или все это было на самом деле.
Когда они выехали из города, Алим приказал остановиться. Они вышли из носилок, все пересели на коней. Лейла никогда раньше не ездила верхом, но Алим успокоил ее и сказал, что этого не потребуется. Одну из лошадей впрягли в небольшую повозку с шатром, в которую мог бы поместиться только один человек.
– Так путешествуют знатные дамы, ханум! – произнес он торжественным тоном и отвесил ей шутливый поклон.
Лейла смутилась и слегка поклонилась в ответ.
– Правильно, дитя. Привыкай, что к тебе будут обращаться как к знатной даме, и никогда не склоняйся чересчур низко, твое положение будет слишком высоко. Один только султан достоин того, чтобы ты преклонялась перед ним.
Лейла устроилась в шатре на мягких подушках. Одной ехать было не так весело, как в носилках с Алимом. Городские улицы уже кончились, и можно было оставить шатер чуть приоткрытым. Вокруг были луга и сады в самом начале весны. Везде цвел миндаль, а среди зеленой травы сверкали яркие бутоны полевых цветов. Поездка завораживала Лейлу. Она забыла и страшный сон, и расставание с домом. Жадно вглядывалась она в окружающую красоту. Ах, если можно было бы остановиться! Пройтись по траве, собрать букет! Выпить воды из родника, который питал небольшой ручей, опустить в его прохладную воду свои ноги. Жаль, что им нужно торопиться.
Впереди показалось стадо овец. Животные медленно переходили с места на место, а их пастух, казалось, дремал. Но когда он увидел процессию, он бросился на дорогу, скинул с головы шапку и склонился до самой земли.
– Приветствую знатных господ!
Лейла улыбнулась ему. Он поднял голову и застыл в изумлении.
– Прекрасная пери сошла в наш мир! Разве такая красота может родиться на земле?
Алим бросил сердитый взгляд на шатер и громкими криками прогнал пастуха. Лейла поняла, что сделала что-то не так.
– Закрой свое лицо, женщина! – закричал на нее Алим. Ни одна добропорядочная девушка не покажет своего лица! Где твое покрывало?
Лейла испуганно поправила черную ткань и запахнула шатер. Она никогда не видела Алима таким.
– Лейла, – сказал он уже спокойным голосом.
Девушка не знала, что ответить. Она боялась расплакаться.
