— Это точно, — согласился я и выключил телевизор, где шли титры, — после того как большевики сами того не ожидая получили власть, они стали искать врагов, им это было надо чтобы армия и народ не рассыпался на шайки по интересам. Врагов они нашли в лице духовенства и дворянства, начав геноцид этих слоёв общества. Церкви взрывались, дворянство физически уничтожалось. Практически из нескольких миллионов Российских дворян, за границу успело сбежать несколько сот тысяч. Остальные были под корень уничтожены. Не щадили ни кого… Да вы это видели только что.
— Да, — согласился Воронов и, выпустив ещё одно облако дыма, горько добавил. — Видели.
— Ну тут правительство само виновато. Честно говоря, Николая Второго правильно шлёпнули, за дело, он хоть и имел у народа большую популярность, но был слабохарактерным, поэтому министры, завербованные германской разведкой, и крутили им как хотели. Да и охранка заигралась с заговорщиками и это привело к тому к чему привело.
— Вы знаете, как этого можно было избежать? — уточнил воронов.
— Конечно. Обычная казнь. Казнь по приговору суда за государственную измену, а анархистов и разных там большевиков считать именно как изменников родины и казнить их, а не отправлять на каторгу, откуда они возвращались героями с авторитетом и набранным опытом. Николаю это правильно думающие люди предлагали, но он не пошёл на это и просрал страну. Надо ем было на дворян было ставку делать.
Устроившись за столом, я достал ещё один ящик грузинского вина, и стал доставить из него длинные красивые бутылки, разговор, похоже, у нас будет долгим, а на сухую общаться не хотелось. Я сам особо сильно не выпивал, не одобрял это, но тут просто хотелось. Момент такой был.
Время было одиннадцать часов ночи, почти полночь, едва слышно тарахтел под палубой дизель-генератор, была ярко освещена электрическим светом яхта, в зале которой мы сидели и общались, да покачивался неподалёку тёмной массой фрегат, где были видны сигнальные огни. Чуть позже большая часть подвыпивших офицеров была отправлена на прибывшей по сигналу шлюпке обратно на 'Мирный', и остались на борту моего судна только капитан со штурманом, да Орехов.
Несмотря на выпитое, по виду они были трезвые, и говорили спокойно и ровно. Мы оставили неприятную для них тему о будущем и говорили и моём посещении России. На их предложение сопроводить меня под охраной через пролив Османов, их оказывается, всё ещё так называли, я с улыбкой отказался. На фига мне ползти со скоростью черепахи, если я за пару дней буду где захочу? Хоть в Москве, хоть в Питере.
Дальше мы обсуждали возможность моей встречи с государем Александром Вторым, Воронов подробно объяснял, как это сделать, при этом косясь на лежавшую рядом книгу, где была фотография Александра Второго на смертном одре после покушения.
— Знаете, это слишком сложно, да и пока не тороплюсь я с вашим правителем встречаться, — честно сказал я и предложил. — Вот что, вы поторопитесь вернуться в Россию и добраться… добиться аудиенции у Государя, а я пока попутешествую по России с детьми, а к Новому Году, например, двадцать пятого декабря, навещу Москву.
— У нас столица в Санкт-Петербурге, — снова напомнил Воронов.
— Ну да, точно, — немного пьяно качнул я головой. — В общем, я буду в Питере двадцать пятого и тогда встречусь с Государем. Так нормально?
— Да, думаю, мы успеем прибыть в столицу, и встретится с государем. Конечно, времени осталось очень мало, но если идти на всех парусах, да с попутным ветром, потом на перекладных… — начал подсчитывать Воронов.
— Вот что, — перебил я его. — Места у меня будет, могу взять с собой трёх пассажиров. Потом высажу вас на территории России, они отправятся к Александру готовить почву, а я путешествовать, а встретимся, как договорились, двадцать пятого. Отдыха себе и детям я портить не собираюсь, я им ледяные горки клятвенно обещал. Да побольше, подлиннее.
— Это вам во Владимир надо, — подсказал Орехов. — Наши горки славятся на всю Россию.
— Ага, спасибо, наверное, туда и отправлюсь.
— Простите, а почему только трое пассажиров? — проснулся задремавший к этому моменту Зелинский. — У вас же много кают свободных, да они ещё двухместные?
— Да на яхте долго, — отмахнулся я, — на самолёте полечу. Ветер как раз стих, завтра и вылечу.
Что такое самолёт они уже знали, как и краткий курс аэронавтики, поэтому кивнули с уверенным видом, как будто так и надо. Похоже, эмоциями они уже перегорели и особо не удивлялись.
Общались мы до трёх утра, после чего офицеры тяжело шагая, прошли к терпеливо ожидающей их шлюпке. Все образцы оружия они забрали с собой, так же я выдал им два цинка патронов к 'мосинкам' и коробку к 'Нагану' честно предупредив, что встреча с Государем может и не состояться. Вдруг, где мной будет обнаружен канал обратно в свой мире? Ждать я не буду и сразу уйду, а это хоть какое-то доказательство нашей встречи. Кстати, тот томик под названием 'История Государства Российского. Крах и восстановление', Воронов с моего разрешения тоже забрал.
