— Да, прямо как… — он осекся, и я сжала его руку сильнее, заметив, как перед нами расступилась толпа.
Показался король Таури вместе с моей матерью, и, судя по его широкой зубастой улыбке, направлялся он в мою сторону. Его дублет рассекала пурпурная лента, приколотая к груди десятком медалей, которые он заслужил (точнее, не заслужил) на сотнях полей сражений, где ни разу не ступала его нога.
А вот медали матери были заслужены — и они, словно жемчуга, украшали ее черную ленту, охватывавшую форменное платье с высоким воротом и длинными рукавами.
— Иди, — прошипела я Лиаму, выдавив ради матери улыбку при виде генерала Мельгрена.
Может, Мельгрен и гений, но находиться в его присутствии жутко.
— Когда показалась главная для тебя угроза? Не дождешься. — Его спина выпрямилась.
Хотелось оторвать Ксейдену его очаровательную головушку за то, на что он обрек Лиама.
— Ваше величество, — пробормотала я, убрав ногу назад, как учила Мира, и присела, склонив голову, заметив, что Лиам поклонился в пояс.
— Ваша мать говорит, что вы связаны не с одним, а с целыми двумя исключительными драконами, — произнес король Таури, сверкнув улыбкой из-под усов.
— Да, и она весьма уверена в твоей силе, — холодно добавил Мельгрен, смерив меня взглядом.
— Сейчас бы я так не сказала, — ответила я с вежливой улыбкой. Я достаточно пообщалась с самовлюбленными генералами, политиками и знатью, чтобы знать, когда показать скромность. — Я только учусь владению силой.
— Не прибедняйся, дочь, — подала голос мать. — Ее профессора говорят, что видели столь мощный дар всего пару раз за десятилетие — у Бреннана и мальчишки Риорсонов.
Этот «мальчишка» — двадцатитрехлетний мужчина, но мне хватало соображения не поправлять ее и не вешать на Ксейдена мишень еще заметнее.
— А ваш дар? — спросил король у Лиама.
— Дальний взор, ваше величество, — ответил Лиам.
Мельгрен прищурился при виде метки восстания, затем поднял взгляд на его ленту.
— Майри — то есть сын полковника Майри?
В немой поддержке я стиснула его руку крепче — и это не прошло мимо внимания матери.
— Да, генерал. Хотя в основном я рос у графа Лиддела в Тирвейне — Его челюсть закаменела, но больше он ничем не показывал неловкости или недовольства.
— А, — король Таури кивнул. — Да, граф Лиддел хороший человек. Верный.
Из-за чувства превосходства, которое так и сквозило в голосе, хотелось посрывать медали с королевской груди.
— Это ему я обязан своей стойкостью, ваше величество. — Лиам умел играть в эту игру.
— Это верно, — снова кивнул Мельгрен, окидывая взглядом толпу. — А где же мальчишка Риорсонов? Люблю увидеть его раз в год и убедиться, что он не чинит неприятностей.
— Никаких неприятностей, — ответила я, заслужив суровый взгляд от мамы. — Вообще-то он наш командир крыла. Спас мне жизнь в Монсеррате.
Заставив меня уйти, вместо того чтобы остаться и помочь. Но все же он заслуживал благодарности за то, что не дал мне отвлечь Миру и погубить тем самым ее, себя и Тэйрна вдобавок. Ксейден не просто спас меня. Он поверил, когда я рассказала, что это Эмбер привела ко мне бездраконных. Заказал для меня целый арсенал из кинжалов. Придумал седло для Тэйрна, чтобы я могла влетать в битву наравне с товарищами. Защищал меня, когда требовалось, и научил защищаться самой, чтобы я не зависела от него.
И когда все торопятся встать передо мной, Ксейден всегда встает со мной плечо к плечу, зная, что я могу постоять за себя.
Но всего этого я не сказала. Зачем? Ксейдену плевать, что о нем думают другие, — значит, плевать и мне. Я просто продолжала лучиться жеманной улыбкой, словно восхищалась могучими людьми передо мной.
— Их драконы — пара, — добавила мама с убийственной улыбкой. — И из необходимости она весьма с ним сблизилась.
Из похоти, потребности, боли в груди, которой я боялась отказать, но ладно уж, сойдет и «необходимость».
— Превосходно. — Король Таури широко улыбнулся. — Хорошо, что за ним присматривает не кто-нибудь, а Сорренгейл. Уж сообщите, если он решит — ну, не знаю, — он рассмеялся. — Разжечь новую войну?
Мельгрен отлично знал неизбежный итог таких глупостей — и все же прожигал меня и Лиама пристальным взглядом.
Я напряглась всем телом:
— Смею вас уверить, он вам предан.
— А где же он? — король осмотрел двор. — Я просил, чтобы все были на месте, все меченые.
— Я видела его ранее, — я улыбнулась, не совсем соврав. Инструктаж и правда был ранее. — Наверное, держится немного в стороне. Он не большой любитель празднеств.
— О, глядите-ка! Даин Аэтос! — воскликнула мама, кивая кому-то за моим плечом. — Для него высокая честь услышать от вас доброе слово, — подсказала она королю.
— Ну конечно. — Все трое ушли, оставив меня и Лиама стоять в полном молчании — провожая их взглядом, чтобы ненароком не повернуться спиной к королю.
Казалось, будто я избежала верной смерти — или не меньше чем природной катастрофы.
— Я убью его за то, что он заставил тебя сюда прийти, — пробормотала я под нос, глядя, как Даин вышколенно приветствует короля.
— Ксейден меня не заставлял.
— Что? — я вскинула на него взгляд.
