<p>Ребекка Яррос</p><p>Ониксовый Шторм</p>Для тех, кто не идет в ногу с популярной толпой,
Тех, кого ловят за чтением под столом,
Тех, кто чувствует, что их никогда не приглашают, не включают и не представляют.
Наденьте свои куртки. Нам пора оседлать драконов.
Ониксовый Шторм– это захватывающее приключенческое фэнтези, действие которого разворачивается в жестоком и конкурентном мире военной академии для всадников драконов, включающее элементы войны, рукопашного боя, крови, интенсивного насилия, жестоких травм, запёкшейся крови, убийства, смерти, смерти животных, восстановления после травм, горя, отравления, ожогов, опасных ситуаций, сквернословия и сексуальных действий, которые присутствуют на страницах. Читатели, которые могут быть чувствительны к этим элементам, пожалуйста, примите к сведению и приготовьтесь встретить шторм…
Следующий текст был максимально точно переписан с наваррского на современный язык Есинией Нейлварт, куратором квадранта писцов в Военной Академии Басгиат. Все события соответствуют действительности, а имена были сохранены, чтобы почтить мужество павших. Пусть их души будут преданы Малеку.
Обеспечение безопасности Басгиата и подопечных далось дорогой ценой, включая жизнь генерала Сорренгейл. Стратегия должна измениться. В интересах королевства заключить союз с Поромиэлем, пусть даже временный.
– Восстановленная переписка генерала Августина Мельгрена с Его Величеством Королем Таури
Пролог
Куда, во имя Малека, он направляется? Я спешу по туннелям под квадрантом, пытаясь проследить за ним, но ночь – это самая настоящая тень, и Ксейден легко сливается с темнотой. Если бы не связь наших драконов, ведущая меня в его направлении, и не единичное исчезновение магических огней, я бы никогда не подумала, что он скрывается где-то впереди меня.
Страх сжимается в ледяной кулак у меня на сердце, и моя поступь становится все более шаткой. Этим вечером он держался в тени, охраняемый Боди и Гарриком, пока мы ждали новостей о ранении Сойера после битвы, которая едва не стоила нам Басгиата, но неизвестно, что он делает сейчас. Если кто-нибудь заметит тусклые клубнично-красные круги вокруг его радужки, его арестуют и, скорее всего, казнят. Согласно текстам, которые я читала, на этом этапе они исчезнут, но пока этого не произошло, что может быть настолько важным, чтобы он рисковал быть замеченным?
Единственный логичный ответ вызывает у меня холодок по позвоночнику, не имеющий ничего общего с холодным камнем коридора, просачивающимся сквозь носки. Не было времени надеть ни сапоги, ни даже доспехи, когда щелчок закрывающейся двери пробудил меня от беспокойного сна.
– Никто из них не ответит, – говорит Андарна, и я дергаю дверь в закрытый мост, в то время как такая же на дальнем конце захлопывается. Это был он? – Сгаэль все еще… в ярости, а от Тэйрна пахнет и гневом, и печалью.
Понятно по всем причинам, на которых я пока не могу позволить себе зацикливаться, но неудобно.
– Хочешь, я попрошу Квера или Шрадха… – начинает она.
– Нет. Им четверым нужен сон, – несомненно, утром мы будем патрулировать в поисках оставшихся вэйнителей. Все более неуверенными шагами я пересекаю замерзшее пространство моста и вздрагиваю от вида за окнами. Еще недавно было достаточно тепло для грозы, но теперь снег падает плотной завесой, скрывая овраг, отделяющий квадрант от главного кампуса Басгиата. Грудь сжимается, и новая волна кажущихся бесконечными слез грозит захлестнуть мои болезненно опухшие глаза.
– Это началось около часа назад, – мягко говорит Андарна.
За прошедшие часы температура неуклонно падала с тех пор, как… Не надо. На очередном вдохе меня бросает в дрожь, и я с силой запихиваю все, с чем не могу справиться, в аккуратную, мысленно несгораемую коробку и прячу ее где-то глубоко внутри себя.
Слишком поздно спасать маму, но будь я проклята, если позволю Ксейдену убить себя.
