Дымок излечился. Теперь его на зомбирование не возьмешь. Он сам кого угодно заставит ужом ползать. Гарвея постоянно держит в поле зрения и на удалении броска. Похоже, Гарвей понимает. Но не очень беспокоится, звездников готовят ко всему. Но дело не в этом. Не в профессиональной готовности. Дело в его равнодушии к собственной судьбе. Устал он от своих ролей.
Для Эномая приготовили мощную тахту восточного образца. Эфиоп в роли арабского падишаха... Он важно так шевельнулся, скосил глаза на браслет, кивнул мне.
Что означало: все идет как надо.
Приоткрылась дверь, в храм проскользнул милиционер Кадма, увешанный оружием и приборами слежения. По голосу, - лет двадцати, не больше.
- Специальный посол Георгия Первого!
Смешно: и селедка бывает специального посола. Не только короли соленых морей.
Люди моря, если зреть официально, держат нас за правительство людей суши. А на суше отсутствует всякое правительство. Но правила игры сильнее игроков, - пришлось встать и двинуться навстречу. Нам надоело дипломатическое сочувствие Георгия. И что он сможет как активный союзник? Но вид посла предполагал перемены. Наголо обритый, в сером сухопутном костюме... Никакого соответствия дипломатическим задачам. Он что, в бегах от Сиама, и будет работать инкогнито?
Светлана не стала дожидаться представления и обмена любезностями.
- Ты посол? А где твои седые волосы?
Да, где наши знаменитые белые локоны?
Но посол не смутился и первый удар сдержал:
- Я Антоний. Ваши имена мне известны. Будем считать знакомство свершенным.
Он склонил голову и продолжил:
- Это мой обычный вид. Не думал, что вы не знаете. Белый волос на голове, - парик для появления на суше. Волосы для жизни в воде и под водой не нужны.
Я пожал ему руку, сухую и крепкую. Лет через двести она будет мокрой и скользкой. Судя по манере держаться, полномочия он имел. Следовало отсюда, что Георгий твердо определил свои позиции относительно наших. И, наверное, из благодарности к королю прибрежных морей, я резко схватил Антония за плечи, присел, и бросил через себя. Посла на лету подхватил Эномай, мне же с трудом удалось увернуться от золотого бруска, резво спрыгнувшего с фриза над входной дверью. Дымок уже стоял около меня, наэлектризовав шерсть и оскалив пасть.
- Тихо, Дымок, - шепнул я ему, поднимаясь после переворота, - Это не люди. Это благородный металл. И камни.
И с трудом увернулся от мраморного кусочка фонтана, разлетевшегося на крошки от удара по восточной стене. Но пути он пробил одну из мумий, но та удержалась на корточках. Удобная поза для защиты от камнеметов гражданина Полтергейста.
Эномай уводил короля с Элиссой и Светланой в потайную комнату. Кадм отдавал команды через браслет; Гектор, Фрикс и Гарвей спокойно сидели на мягких лежанках. Стрельба золотом и мрамором их не очень встревожила. Посол Антоний присутствия духа не потерял, но ничего не понимал.
- Это полтергейст, Антоний, - разъяснил я ему "обыкновенность" положения, - Явление исключительно сухопутное. Обычно ненадолго. Раскидать весь храм не в силах никакой дух.
Я встал подальше от стен и фонтана, что оказалось нелегко. Точнее, - невозможно. Просвистело несколько самоцветов, выстреленных из глаз животных в нишах, и полтергейст затих. Целью был я. Человек на такое не был пока способен, Виракоче я верил. Выходило, что я сильно не нравился еще кому-то.
Вернулся Эномай, застал меня сидящим на его падишахской тахте и осмотрел помещение. Глаз у него был центурионский, сразу вычислил, на кого и сколько раз покушались. Но Юпанки не дал возможности сделать мне выговор за отказ от встречи на маяке. Говорил он совсем по-человечески, без гусиной гортанности. Но мыслил все равно по-своему.
- Многие из нас, присутствующие тут, существуют разом в нескольких ипостасях. И я видел проводника в Пакаритампу. Сколько у него обличий? Время разобщает, разъединяет. Оно раскалывает личности на части. Мы молчим об этом, - и правильно. Заговорим, - и будет хуже. Молчание - необходимое условие.
- О чем ты? - не выдержал я его глубинной, надежно скрытой мудрости.
- Сегодня у тебя, брат мой Гилл, вышла ничья с самим собой. Сегодня...
Юный претендент на трон тридесятого царства знает тайну полтергейста, искорененного лет двести назад? И в данный момент, то есть "сегодня", творец его - я. Но ладно. Будем считать, что я разобщился, как двуликий у Лабиринта, и одна моя сущность, более каверзная, напала на другую, более мирную и добрую. К тому же версию Юпанки поддерживает Дымок: взгляд его еще подозрителен, но уже чуть-чуть игрив. Явно считает, что друг Гилл разыграл его, проверил на преданность. Да и король ушел слишком послушно, словно ничего не случилось, а его повели на профилактический отдых по регламенту. Неужели Инки специализировались и на потустороннем мире? Исторические Инки, само собой...
