"Грот - место появления Элиссы, место выхода и входа в Лабиринт... Король всполошился не случайно, он знает больше, чем говорит. А знает, видимо, такое, что лучше об этом молчать. И, види

мо, пришла пора, что-то грядет".

   Гилл жестом руки пригласил Кадма следовать за собой. Принца вовлекли в разговор Фрикс с Гектором, и на сей раз инициатором стал "Гомер", - он заинтерсовался, был ли у инков свой Эзоп. Элисса со Светланой увлеклись рассмотрением портрета первого Инки, так что уход троих никого не обеспокоил. Дымок, как всегда, устремился за хозяином.

   Камень грота дышал сыростью и смятением. Воздух удерживал в себе нефиксируемые частицы грядущего. Концентрация их стремилась к критическому уровню.

   - Что-то случилось? - спросил Кадм, переводя пытливый взгляд с Гилла на короля.

   - Почти, - впервые за все время пребывания в новой жизни взял в свои руки инициативу король, - Вы на пороге.

   - Мы? На каком пороге? - с непониманием спросил Кадм.

   - Оказалось, мы имеем больше сходства, чем различий. А потому как бы вашей цивилизации не разделить судьбу моей империи. Очень тревожная одинаковость...

   - Кто же в нашем случае сыграет роль британцев? Не вижу реальной угрозы. Разве что внезапный налет конкистадоров-инопланетян.

   - У нас тоже было так. Пока кони не заржали... Надо серьезно присмотреться а Лабиринту.

   - Британцы-завоеватели на конях... И Лабиринт? Какая связь?

   Гилл понял, что Кадм, который обеспокоился много раньше любого другого на планете грядущими неизвестно откуда переменами, пытается разговорить Вайна-Капака и таким образом обрести ясность в себе.

   - Меня зовут Вайна-Капак, и я внук Пача-Кутека. Внук того, кого вы зовете принцем Юпанки. Дед не признал во внуке инку королевской крови. Дед имеет право, он пока слишком юн. Но вы обязаны мне довериться. Даже если я говорю не все, что знаю, и не все, что думаю! Придет время, и нам станет известно то, что должно будет известно. Это время идет. Приближение опасности торопит.

   Король говорил на общем языке землян абсолютно без акцента, как на родном, знакомом с детства. Откуда такие лингвистические способности? Мышление Гилла переключало скорости на все более высшие, стараясь поспеть за ускорением перемен, делающих прежнее восприятие внешнего течения бытия ненужным, недостаточным и даже опасным.

"Похоже, мы вот-вот вступим на тропу войны неизвестно с кем. И это

я разбудил неведомого зверя. Сработал

древний принцип домино и заработала машина всеобщей связи

. Все эти Ариадны и двуликие

Я

нусы - порождения затаившегося до

времени зла. И

п

рячется оно, скорее всего,

в

Лабиринте. А Лабиринт не принадлежит

горе

Пакаритампу, он распространяется далеко за е

е

пределы. И не Инки его строили, иначе король так не взволновался бы. Элисса что-то там видела, что-то узнала! А к

ороль, видимо, мыслит на языке И

нков, на языке Манко-Капака. Книга, которую открыла Элисса, может использовать логику именно этого языка. Иероглифическое, образно-понятийное письмо... Все имеет смысл: сочетание цветов, линий, форм, звука и прочего... Слова рождаются в широком понятийном поле, они нужны только для диалога с непосвященным. Но человеческий мозг способен мыслить образно, бессловесно. Способен, если снять огра

ничения привычной логики и освободить себя от себя же, привычного и родного

. Король не считает принца Юпанки готовым к

действию

.

К жизни...

Как сказал бы Гомер, у принца нет совпадения ритмов гармонии мозга и гармонии мира..."

Перейти на страницу:

Похожие книги