Молнии перестали сверкать. Электродвигатели выключились, и обручи начали быстро замедлять ход. Сквозь постепенно затихающий рокот послышались щелчки отходящих один за другим фиксаторов. Между плотно сомкнутыми «лепестками» купола появились едва различимые глазом темные линии. С каждым мгновением выпуклые створки расходились дальше друг от друга. Линии становились все заметнее и шире. Наконец «лепестки» заняли первоначальное положение. Обручи перестали мельтешить вокруг клетки Фарадея, но они по-прежнему вращались относительно наклонной оси с похожим на шелест шин по асфальту звуком.
– Алексей, будь добр, сходи за дроном, – попросил Олег Иванович, нажимая на кнопки и щелкая тумблерами.
Лаборант не успел сделать и пары шагов, как двигатели загудели, а обручи ускорили вращение.
– Что происходит?! Я только что выключил подачу тока на электромоторы! Почему они работают?! – Профессор недоуменно уставился на трансмиттер. «Лепестки» снова пришли в движение, а на выпуклой поверхности электродов заискрили электрические разряды. Все указывало на то, что в ближайшие мгновения дрон-разведчик снова совершит прыжок во времени. Крыса взволновано запищала и вцепилась передними лапками в тонкие, как нити, прутки клетки. В отчаянной попытке выбраться на волю она попыталась перегрызть проволоку. – Алексей! Рубильник!
Лаборант метнулся к стене, на которой висел серый металлический ящик, распахнул дверцу и дернул на себя изогнутый рычаг с черным бакелитовым навершием. В лишенной окон лаборатории мгновенно стало темно, как в пещере, но все было зря: трансмиттер перешел в короткую фазу автономной работы, за которой последовал прыжок во времени.
Несколько секунд единственным источником освещения служили вспышки молний. Потом включился генератор, и дежурные лампы вспыхнули тусклым, едва разгоняющим сумрак по углам обширного помещения светом.
Профессор дождался, когда стихнет вызванный вращением обручей шум, и отрывисто бросил:
– Давай!
Лаборант с усилием вогнал рубильник в пазы. Раздались отрывистые щелчки, и на потолке один за другим зажглись вытянутые в длину светильники. Ученые с тревогой посмотрели на трансмиттер, но обручи оставались неподвижными, а «лепестки» находились в сомкнутом состоянии.
– Что бы это могло быть? – Профессор покосился на помощника. Тот изогнул губы подковой, уголками вниз, и пожал плечами. – Вот что, Алеша, возьми рычаг и раскрой купол, а я займусь диагностикой.
Пока ассистент вручную крутил шестерни подъемного механизма каждого «лепестка», Олег Иванович сходил к одному из стеллажей, взял с полки ящик с инструментами и вернулся обратно. Вооружившись отверткой со звездчатым наконечником, присел на колено перед задней пластиной тумбы. Поочередно выкручивая длинные – с указательный палец – винты, он аккуратно складывал их в продолговатый желобок в верхней части наклонной консоли.
Когда ни одного винта не осталось в предназначенных для них гнездах, профессор сунул отвертку в нагрудный карман халата, уперся подушечками больших пальцев в специальные выступы по бокам пластины и с усилием сдвинул ее вверх. Фиксаторы вышли из пазов. Между резиновым уплотнителем пластины и корпусом блока управления образовались широкие щели. Запахло горелой изоляцией. Шаров поморщился. Порылся в ящике с инструментами, отыскивая фонарик. Щелкнул кнопкой включения и направил узкий белый луч в раскрытое нутро тумбы.
Профессор битый час увлеченно копался в содержимом блока управления трансмиттером, пока наконец-то не выяснил причину инцидента.
– Скачок напряжения вызвал замыкание контактов за мгновение до того, как я отключил подачу питания на обмотки статоров. – Профессор встал на ноги, повернулся спиной к тумбе и посмотрел на ассистента. Тот почти полностью раскрыл купол и теперь приводил в исходное состояние последний «лепесток». – Надо будет перепаять схему с учетом дополнительной защиты от непредусмотренного запуска электродвигателей и включить в сеть стабилизатор. Не хотелось бы в одно не очень прекрасное мгновение оказаться на месте дрона. Как думаешь, Алеша, в памяти трансмиттера сохранились координаты несанкционированного прыжка во времени?
– Не знаю, Олег Иванович. – Алексей в последний раз крутанул изогнутую рукоятку, выпрямился и с хрустом в суставах потянулся. – Может, сохранились, а может, нет. Надо извлечь карту памяти, просмотреть записанную на нее информацию, тогда и узнаем.
– Вот и займись этим, а я пока подготовлю все для ремонта.
В это же самое время в сотнях километров от ЧЗО, в одном из научно-исследовательских институтов Москвы, группа ученых праздновала победу. Впервые за долгие годы безрезультатные опыты увенчались успехом. Наконец-то созданная под руководством профессора Воронцова установка сработала должным образом и путешествие во времени прошло в штатном режиме. И это несмотря на невероятно мощный скачок напряжения, из-за которого половина научного оборудования лаборатории вышла из строя, а из другой половины чуть ли не каждый прибор и устройство нуждались в ремонте.
