— Я не знаю, сколько проспал, но когда проснулся, мой господин ещё не пришел в себя. Впрочем, лекарь сказал, чтобы скоро я этого и не ждал — раны серьёзные. Иногда моему господину становилось хуже — он бредил, говорил о каких-то искрах, птицах, звал вас, всё время повторял, что вы должны узнать не знаю, что… Даже плакал раз, просил прощения у жены… Вроде как из-за того, что узнал что-то такое, что теперь и она в опасности… Не знаю, сколько прошло дней. Как будто всё это один был. Хозяйка гнала меня отдыхать, а если я отказывался, подливала того отвара, что свалил меня в первый раз… Я уж старался и не пить, но как совсем без воды?
Дэгри тяжело вздохнул. Сольге тихо плакала — обещание обещанием, но как же невыносимо тяжело сидеть так и слушать, не имея возможности помочь, не зная даже, нужна ли ещё эта помощь. Янкель хмурился, сжимал кулаки, пряча страх и растерянность перед услышанным. Горькой была темнота в комнате, горькой и мутной.
— Ты упоминал о книге и записях, — голос Шо-Рэя был как молния, прорезавшая мрак. — Что стало с ними?
Дэгри встрепенулся:
— Да, записи… Простите, господин, — он впервые обратился не к Сольге. — Я продолжу.
В конце концов, уход и лечение сделали своё дело: Горто пришёл в себя. Первым делом он отослал любопытную хозяйку и подозвал верного слугу.
— Дэгри, — сказал он, — возьми этот свёрток и отнеси его в Октльхейн, архивариусу Сольге. Никому не говори о нём, никому не показывай и не заглядывай в него сам. Только Сольге. Поклянись, что сделаешь всё, как я велел. Хорошо. Уходи прямо сейчас, пешком — так будет незаметнее. Хозяйке скажи, что идёшь прогуляться.
Дэгри вздохнул ещё тяжелее и горше:
— Мне так стыдно, но я нарушил слово. Всего один раз. Отойдя подальше в лес, я развернул свёрток. Там были бумаги и книга. Книга Создания. Представьте себе, обычная книга, какая есть почти в любом доме! Только очень старая. И ради неё… Ох, господа… Я был так зол, так обижен. И даже решил, что мой господин просто поиздевался над своим верным слугой. Но потом я вспомнил его слова к жене и подумал, что он просто отослал меня, чтобы уберечь. И чуть было не вернулся. Но я поклялся…
— А что было в записях? — перебил его Шо-Рэй.
— Заглянуть в них смелости у меня уже не хватило, — поник головой Дэгри и продолжил:
— Наконец, я дошёл до Ворот юнлейнов, но увы, они были заперты. Я решил обойти кругом и был очень рад увидеть, что город открыт. Но и тут меня постигла неудача — я заблудился в городе, а просить помощи побоялся. Слова моего господина: «Никому не верь, Дэгри!» — так и звучали в голове. К тому же, в какой-то момент мне показалось, что за мной следят. Я выбрался из города. По разговорам я понял, что замковые ворота заперты, но, вроде бы, кто-то видел, что все чужаки, направляются к Вратам Альез. Я потихоньку пошёл за одним из них. Люди в городе не обманули. Но как было пробраться внутрь? Я решил рискнуть. Подстерёг одного южанина, оглушил его, связал и забрал его одежду. Испачкал лицо, чтобы не так выделяться, но…
Дэгри снова сник.
— Я был неосторожен. Оказалось, что за мной и правда следили. А может быть, просто хотели ограбить. Кто-то ударил меня по голове камнем. Странно, что не убил, такой огромный он был… Не знаю, сколько я пролежал там, но когда очнулся, свёртка при мне не было. Простите меня, архивариус Сольге, я принёс только слова…
— Ты принёс гораздо больше, — ласково ответила она и вышла из комнаты. Шо-Рэй поднялся следом.
***
— Ты веришь ему? — спросил маг, когда они остались одни.
— Не знаю, — задумчиво покачала головой Сольге. — Мне всегда казалось, что Горто разбирается в людях, но Авис в секретарях… Не знаю…
Она зябко поёжилась и вдруг уткнулась лицом в плечо мага:
— Мне страшно, Шо-Рэй. Мы ведь просто хотели узнать, что происходит с Сёстрами. Что в этом такого, что нужно убивать?
Маг не знал, что ей ответить. Он сам не знал. Всё, что Шо-Рэй мог сейчас сделать — обнять Сольге. Тем более, что ему самому это сейчас очень бы не помешало.
Такими, обнявшимися, их и застал Янкель.
— Я тут пораспросил нашего гостя, — сказал он, — и, кажется, знаю, в какой именно деревне остался посланник Горто.
«Эта тварь собирается сбежать,» — думал наблюдатель, глядя с высокой башни, как Сольге и её спутники седлают лошадей. Надо же, и мальчишку этого архивного забирает. И этого… Постойте.
Наблюдателю было известно, что несколько дней назад в дверь Сольге постучался южанин, не особенно похожий на южанина — слуга проклятого Горто, но тот, кто затягивал подпругу на боку огромного вороного, явно был кем-то другим. Неужели Хендрик? Вряд ли. Поднять его с постели может сейчас только одно средство, а у этой шавки Сольге его нет. Кто-то из слуг этой предательницы Уллы? Возможно. Но зачем тогда этот человек прячет лицо?
