— Всё шутишь, — покачал головой священник — Но в этот раз всё серьёзно. Я понимаю, что после Багдадской кампании тебя нечему напугать, но послушай: Ситри — редкостный зверь, не жалеющий ни себя, ни других. Он бешеный пёс, за всю жизнь не испытавший милосердия и потому не дарящий его другим. Да и зачем тебе в это ввязываться? Это ведь не твой ребёнок. Помочь попавшейся на пути девушке, было правильно, но тебя никто не осудит, если ты ради спасения чужой жизни не ввяжешься самоубийственную авантюру. Или вернулись ранее отпущенные чувства?
Слова отца Алексия немного поубавили пыл Сергея. Он специально заново промотал все воспоминания, связанные со совей первой любовью, но ещё раз убедился, что больше ничего не чувствовал. Даже лёгкого сожаления от того, что ничего не вышло. Зато где-то там медленно накалялась обида, за обман. Да, Сергей чувствовал себя обманутым. Избалованная аристократка увлеклась им и вскружила голову, заставив поверить в невозможное. Разумом Сергей понимал, что эта обида — бред. Он сам повёлся на это, а Света виновата только в том, что была слишком наивна, как и он. Но так или иначе, Сергей не видел ни одной причины лезть сломя голову, спасать сына бывшей от главы Дома Ченковых. Можно конечно объяснить это личной выгодой. Вячеслав Ченков будет невероятно щедрым с тем, кто спас его жену и наследника, но Сергей Драгунов не испытывал никакого интереса к материальным ценностям.
— Просто расскажите всё, что вы знаете про этого Ситри. — воскликнул Сергей, уклоняясь от прямого ответа — А там я сам решу.
Отец Алексий покачал головой и тяжело вздохнул.
— Так и быть. — сказал он — В принципе, почти всё что я знал о Ситри, я тебе уже рассказал. Могу добавить только одно — помнишь я сказал, что он помнит ещё Гражданскую войну?
— Да.
— Так вот, Ситри был одним из самых свирепых убийц Красного Пророка. Сомневаюсь, что после смерти своего хозяина он изменит собственным идеям.
Сергей почувствовал себя хозяином квартиры, ставшей проходным двором для разного рода чужаков.
— Замечательно. — лаконично фыркнул Сергей — Мало мне было вольников и полиции, а теперь ещё коммунисты!
— Их много. — сказал священник — Как в Староярске, так и по всему Ирию. До недавнего времени радикальные левые были загнаны в маргинальное подполье. Но глупо считать, что они не воспользуются беспорядками и отсидятся в норах. Так что отыскивать их по крысиным углам не придётся. Но опять же — я не знаю в какой именно группировке состоит Ситри. Не факт, что его банда вообще входит в перечень известных. Может он вообще работает один. Но это не меняет того факта, что придётся искать иголку в стоге сена. А даже если ты и найдёшь, то что сделаешь? Вломишься в убежище Ситри, как какой-то супергерой? Он тебя по стенке размажет. Ты можешь подготовится, надеть силовой плащ, а прочие снятые с вольников трофеи сбыть на чёрном рынке и купить более современный ствол, но в бою с Ситри, тебе это не поможет.
Отец Алексий говорил так, будто знал этого Ситри лично. Учитывая кучу тайн, которые старый священник пока не раскрыл Сергею, это было вполне возможно. Юный ветеран не вполне понимал, почему отец Алексий подаёт ему информацию настолько дозировано, но сейчас ответы действительно могут подождать. Нужно придумать, что делать с ребёнком Светы. Оставить всё как есть или попытаться найти?
— Отец Алексий ответьте, тот костюм, который вы изучали ещё рабочий?
— Рабочий. — ответил тот — Та рана, которую ты нанёс не повредила механизмы, отвечающие за функционирование. Заштопать только и порядок.
Старик тут же всё понял и судорожно замотал головой.
— Нет.
— Святой отец.
— Исключено. Это слишком опасно.
— Опаснее чем попасть в плен к арабам?
— Да! — уверенно воскликнул священник — Я говорил, что эти костюмы задействуют перемещения между измерениями. Ты не умеешь им управлять. Ошибёшься и навеки застрянешь по ту сторону реальности!
— Я не боюсь. — твёрдо сказал Сергей.
— Почему? Почему жизнь тебя ничему не учит? Ты постоянно влезаешь в неприятности, а когда выходишь из них целым, то снова ищешь себе приключений. Ты что, всё ещё любишь Свету?
— Нет.
— Тогда почему?
— Потому что я не могу пройти мимо! — наконец-то признался Сергей. Больше себе, чем старику — Повсюду грязь и дерьмо, а всем плевать. У одних — хата с краю, а тем кому не всё равно, на поверку оказываются не спасителями, а фанатиками или ложными идолами! Я живу в стране где единственный честный священник говорит мне не вмешиваться, не сопротивляться злу.
— Я лишь хочу уберечь тот немногий свет, что есть в этой стране — тебя.
— Избегая борьбы со злом, я сам становлюсь им. Что бы сделать мир чуточку лучше, достаточно хотя бы спасти ребёнка, виновного только в том, что он родился сыном одного из тех, кто ущемляет простых людей.
Произнесённая тирада подействовала на отца Алексия и тот молчал, не зная, чем парировать. Ему было нечего противопоставить такой решимости.
— Зашейте костюм. — потребовал Сергей — Затем позаботьтесь о Свете пока я не вернусь.
Отец Алексий поджал губы и спустя несколько секунд сдался.
