Сергей с трудом поднялся и встал в боевую стойку, понимая, впрочем, что шансов у него никаких. Увидев это, Ситри угрожающе замял кулаки.
— Я собаку съел на боях с вольниками, поэтому знаю так много и делюсь «бесценным» опытом. Мне даже интересно откуда у тебя костюм. Надеюсь, что ты снял его с трупа одного из них. В таком случае, мне даже жаль убивать тебя.
Ситри смотрел на Сергея не мигающим взглядом светящихся красных глаз. Взгляд становился ещё более жутким из-за того, что вторая половина лица, от кончика носа до подбородка была замотана платком цвета спёкшейся крови, отчего глаза сосредотачивали больше внимания. Кожа Ситри была видна только на пальцах рук из-за обрезанных перчаток и на лице от лба до скул. Бледная и серая, как у трупа. Также Сергей заметил, новую деталь в глазах. Если внимательно присмотреться, то сами они не светились. Это линзы микрокамер просвечивали сквозь глазные яблоки. Стало понятно, что нанохирургическая операция, которая вернула к жизни Ситри была другой: более грубой, кустарной, являвшейся лишь тенью того медицинского чуда, что являла собой нанохирургия для Элиты. Вероятно, кто-то из специалистов решил провернуть такое не на аристократе, а обычном мальчишке, но пользовался теми ресурсами, которые были в полевых условиях.
Ситри в два прыжка преодолел расстояние между ним и Сергеем, что схватить его за шею. Пальцы сдавливали горло, как тиски. Не в силах освободится, Сергей машинально поднял руку с саблей, которую каким-то чудом умудрился не выронить, но мальчишка схватил его за запястье и ещё сильнее сдавил его, ломая суставы. Клинок упал на пол.
Наверное, из чистого любопытства, Ситри сорвал с лица поверженного врага маску. Его бровь выгнулась, а сквозь лицевой платок прорезался свист.
— Как я и думал. Сам Сергей Драгунов. Во всём Ирие нет никого безбашенней тебя.
Сергей задействовал ноги, нанеся несколько ударов Ситри по животу и бокам, но тот не сдвинулся с места, даже не отреагировал на атаку. Как будто был каменной статуей.
— Посраться с вольниками, каким-то макаром стащить их резиновое трико и в одиночку напасть на базу Красных Бесов — такое может провернуть только человек, которому нечего делать и напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. При чём и то и другое одновременно.
Ситри чуть сильнее сдавил горло и Сергею стало ещё труднее дышать.
— И под эту категорию попадаешь только ты. Понимаю — после десяти лет в забытой Богом пустыне, для тебя, что вольники, что мы — зелёные детишки. — Ситри прервался, чтобы издать смешок, похожий на лязг железных балок друг об друга — Не удивляйся. Наши ребята следили за тобой, как только ты вернулся, лишь ненадолго потеряли, когда ты прыгнул с моста. Наш комиссар считает тебя отличным будущим дополнением для наших рядов.
— Иди к чёрту… — с трудом прохрипел Сергей. В ответ Ситри равнодушно пожал плечами.
— Жаль, но, как говорится: «ещё не вечер».
Ещё один удар и Сергей погрузился во тьму.
Вячеслав не покидал своих владений, не болел и не испытывал проблемы с аппетитом, но к концу дня выглядел бледным истощённым, как будто страдал кишечным отравлением и хронической депрессией одновременно. И в таком состоянии глава рода Ченковых будет находится до тех пор, пока его жена и ребёнок не будут в безопасности.
— Ваше Превосходительство, — раболепно обратился слуга, опасливо переминаясь с ноги на ногу — С нами вышел на связь Алексий Карамазов.
— Что ещё за Карамазов?! — чуть не срываясь на крик спросил Вячеслав.
Слуга от страха втянул голову в плечи, от чего стал выглядеть ещё ниже ростом, чем был.
— Это настоятель храма в трущобах Староярска, где Сергей Драгунов спрятал госпожу Ченкову.
— Что ему надо? Учти, если он начёт торговаться о вознаграждении… — начал было Вячеслав, но осёкся, поняв, что не в том положении, чтобы ставить условия. Его семья в чужих руках. Ох, додумалась же Света отправится в эту дыру под самое начало бунта.
— Нет, Ваше Превосходительство. Он лишь заявил, что ваша жена в безопасности и что Сергей Драгунов отправился на поиски маленького господина.
Вот эта новость вызвала противоречивые эмоции.
— Они знают где похитители прячут моего сына?
— Подозревают. — ответил слуга.
Вячеслав устало потёр глаза.
— Я хочу сам поговорить с этим священником. Предупреди связистов. Буду через несколько минут.
— Слушаюсь, Ваше Превосходительство.
Слуга ушёл, а Вячеслав Ченков стал мысленно проклинать всех: Долгорукую — за то, что её ПВО сбили стреколёт группы спасения; Волкова и СБИ — за то, что накрутили быдло устроить свою маленькую революцию в такой неподходящий момент и даже полицейского «правдолюба» Никитина, который посмел арестовать аристократа, чем и запустил всю эту цепочку.
