Роман «Четыре безумия» рассказывает о крупнейшем актере, режиссере и реформаторе немецкого и европейского театра конца XIX – начала XX века, сербе родом из города Вранево, осуществившем в Веймаре, Вене и Мюнхене значительные театральные постановки. Подавляющее большинство действующих лиц, включая директора странствующего театра Станисласа Мурари, являются историческими личностями.Роман «Клиент Шекспира» в некотором роде является осмыслением длительной работы в театре, как в родной Воеводине, так и в Белграде.
Сербика
Miloš Latinović
ČETIRI LUDILA
ŠEKSPIROV KLIJENT
Перевод книги сделан при помощи Министерства культуры и информации Республики Сербия
© Латинович М., 2009
© Латинович М., 2017
© Соколов В., перевод, 2018
© Издательство «Скифия», 2018
© Издательско-Торговый Дом «Скифия», оформление, 2018
Чудо Ганса Вурста начиналось в то мгновение, когда ярмарочный скоморох начинал орать: «Слушай сюда, народ!» И тогда все собравшиеся на площади люди догадывались, что сейчас волшебные слова и увлекательные истории уведут их в
День был прекрасен. Ранняя весна в Альпах. Зеленые луга. Низкое солнце и огромные белые облака.
– Как начать рассказ? – задумался Йоца Савич.
– Если не знаешь, как начать, мой родимый, то начинай с конца, – шепнул ему Иоганн Вольфганг Гете. Облако над Оберсдорфом обрело его лик. Бескрайнее голубое полотно весеннего неба украсили многочисленные кипы хлопка, или же эти необычные, бесформенные украшения были похожи, как помнил Йован, на не осевшие еще взбитые сливки, которые мама выкладывала деревянной ложкой на престол круглого темного бисквита.
Фридрих фон Шеллинг все еще был популярен у современников и присутствовал в их жизни роскошным дефиле многочисленных цитат. Романтизм был все еще жив и популярен.
– Чье имя, какое лицо, какой характер столкновения характеризует наш мир, в котором серая ревность и жестокие страсти преобладают? Вот какая история необходима мне для начала, мой дорогой друг, – продолжил вслух Савич разговор с
Он неспешно спускался в зеленую долину с вершины Филхорна. Шел по узкой утоптанной альпийской тропе, ведущей к селу, со стороны которого доносилась музыка. Празднество все еще продолжалось. Комедиант Ганс Вурст все еще блистал. Он стоял на телеге, прислонившись к огромной пивной бочке, с единственным реквизитом – колбаской и куском хлеба в руке, улыбчивый и гордый, окруженный многочисленной восхищенной публикой. Артист и мечтатель Гельмут Генрих Ламм по традиции выступал перед местной обердорфской пивной. И этой весной он появился здесь, отважно ступив на импровизированные подмостки, как всегда, после окончания торжественного шествия. Производя невероятный шум, он привлекал внимание пришлых туристов и местных жителей хорошо известным повествованием Ганса Вурста о его невероятном путешествии в
