Милетов вышел из машины со своей обычной циничной ухмылкой на губах, следом вылез его друг. Выглядел Алексей очень прекрасно и даже был трезв.
- Здравствуйте, господа! - сказал он с поклоном. Его друг с трудом вытащил из машины большой кожаный футляр и поволок к Милетову. - Хорошо, что пришли, было б очень уж скучно пристрелить этого бумагомараку в одиночестве! Где Ваш секундант? - Алексей сбросил свою шубу на руки княгине Одинцовой. Вдовствующая дама усредненных лет, пылко обожала Алексея, а он обожал её временами, и когда заканчивались деньги.
- Мой секундант со мною! - Виолант махнул рукой и из его машины выпрыгнул высокий мужчина в черном пальто и шляпе.
- Его превосходительство Павел Евдокиеч Воронцов, - сказал фон Штофф Голодеву. - Сволочь редкостная, я уж думал, его на Землю отправили с глаз долой, а он все здесь, оказывается.
Друг Милетова, выступающий секундантом со стороны Алексея, раскрыл кожаный футляр, там, в бархатных углублениях лежали две тяжелые лазерные винтовки с микронными прицелами. Это были одни из последних моделей оружие сложное, особенно для дилетантов... Принимая во внимание характер винтовок, из которых с пятисот метров можно было попасть в голову воробью, секунданты долго думали, с какого расстояния должны стреляться дуэлянты и, в конце концов, решили свинтить микронные прицелы и развести соперников на пятьдесят шагов.
- Думаю, эти прицелы все равно никакой роли б не сыграли, - пожал плечами фон Штофф. - Наверняка Хрустальницкий пользоваться всеми этими тонкостями не умеет, а Алексей и без прицела, с такого то расстояния...
- К барьеру, господа! - послышался голос Воронцова - Сходитесь!
Границы поединка были обозначены, Милетов и Хрустальницкий взяли винтовки и встали спиной друг к другу.
- Расходитесь, господа!
Они чинно направились каждый в свою сторону. На Алексее был парадный офицерский мундир, а на Виоланте роскошный фрак. Остановившись в положенном месте, они развернулись друг к другу лицом. Все общество находилось от дуэлянтов на приличном расстоянии и безмолвствовало.
- Цельсь! - раздалась команда.
Голодев и фон Штофф стояли ближе к Милетову и видели, как он, ехидно улыбаясь, привычным движением вскинул винтовку на плечо. Его пальцы уверенно приводили оружие в боевую готовность, а глаза неотрывно смотрели на Виоланта.
- Застрелит он его, - прошептал Карл, - как пить дать застрелит, Милетов даже не целится!
Те, кто стояли ближе к Виоланту, наблюдали, как у поэта дрожат руки и бегает взгляд, да и держал он винтовку неуклюже, как табурет. Общество затаило дыхание в ожидании команды "Пли!", но в этот момент над лесом показался большой лимузин с императорскими гербами.
- Немедленно прекратите! - раздался усиленный динамиками голос.
Машина пошла на снижение, общество поспешно расступилось, давая ей место, а Хрустальницкий с Милетовым опустили винтовки - первый с облегчением, второй с явным сожалением. Окно машины приоткрылось, и выглянул рассерженный государев министр.
- Господа! - крикнул он, делая знак Алексею и Виоланту. - Прошу-ка вас в машину! Немедля!
Милетов с Хрустальницким, отбросив винтовки в снег, молча залезли в машину, и она немедленно поднялась в воздух. Общество в замешательстве проводило её взглядами.
- Какая-то сволочь государю донесла, - вздохнул кто-то в толпе.
- Ну вот, - разочарованно махнул рукой князь Михаил, - и стоило было ехать!
Глава шестая: Маркиз де Ариньяк устраивает бал.
Прошло несколько дней с момента несостоявшейся дуэли. В семействе Голодевых больших изменений не случалось. Они умудрялись жить под одной крышей так, словно находились в одиночестве, не подозревая о существовании друг друга. Дочери Анне уже давно надоели отношения родителей, тем более что в её возрасте, девушку волновали совсем иные вещи.
Совершенно неожиданно де Ариньяки объявили, что собираются дать бал в честь своего сына. Молодой де Ариньяк был вылитый отец и, стараясь ему во всем подражать, так же носил гладко зачесанные блестящие волосы и тонкие усики. Женихом он был завидным, так как внешность имел весьма приятную, а состояние солидное, поэтому даже его скверный буйный нрав женитьбе помехой не являлся.
Анна Голодева только и говорила с утра до ночи о предстоящем бале, а Сергей Николаевич на этот бал идти не собирался даже под угрозой расстрела, потому как видеть лишний раз маркиза было ему невыносимо тошнотворно. Да и о корабле лишний раз вспоминать не хотелось, стоял он до сих пор себе тихонько в своем ангаре, а вопрос, чтобы отыграться, повис в воздухе.
Но все же, фон Штофф умудрился уговорить Сергея, потому как с молодости все балы они посещали исключительно вместе, и лучшего собеседника Карл не желал. Скрепя сердце, Сергей согласился.
* * *
В назначенный день позвонил Карл.
- Здравствуйте, друг мой, - фон Штофф был уже при полном параде, - как я рад, что Вы согласились и не передумали, без Вас мне любое общество не интересно. Кстати, о Милетове с Хрустальницким так ничего и не слыхать?
- Нет, ничего.
- Странно, Вы не находите?
- Да, весьма...
