Здоровенный дядище, с раскрасневшимся от выпитого лицом, махал фон Штоффу и Голодеву. В обеих руках он держал по бокалу, прихлебывая то из одного, то из другого.
- Ох, Михаил тут, - скорбно вдохнул Голодев, - опять весь вечер будем его слушать.
- Зато места есть.
Фон Штофф сбросил свою шубу на руки подоспевшему лакею и, здороваясь со знакомыми, направился к столу, где помимо князя Михаила сидело ещё человек восемь. Судя по цвету лиц, все находились в одинаковой кондиции. Обсуждался, конечно же, недавний тест.
- Вечер добрый. - Фон Штофф и Голодев уселись на свободные стулья.
- Добрый, добрый, господа!
- Для кого-то он и не очень добрый, - кисло сообщил тощий господин в пенсне. Лицо его Голодеву было знакомо, а вот ни имени, ни титула вспомнить не мог.
- Леопольд не прошел тест. - Пояснил князь Михаил.
- И что теперь? - насторожился Голодев. Он как-то не задавал себе вопроса, что же бывает с теми, кто не прошел.
- Ясное дело что, - Михаил подцепил вилкой ломтик осетрины с большущего блюда и отправил в рот, - титула лишат до следующего теста, а коли опять не пройдет, тогда уж все.
- Что значит все? - встрепенулся Леопольд, - меня, может быть, на Землю отправят!
- Лучше титула пусть лишат, - уверенно сказал Михаил, - на Землю это страшно.
- Это тогда было страшно, а сейчас нет, - возразил холеный граф Белоголовцев. О том, сколько времени он посвящает своей внешности, ходили легенды. - Сейчас мы снова в цене, слова "интеллигент" и "аристократ" перестали быть ругательными.
- Куда мир катится... - невпопад вздохнул Голодев, глядя по сторонам
Он страшно хотел есть и едва дождался любимой жареной картошки с грибами. Опрокинув стопку водки, Голодев вздохнул ещё тяжелее. Только сейчас он вспомнил, что позавчера проиграл в карты маркизу де Ариньяку свой корабль для дальних перелетов, а супруга ещё не была в курсе, и собиралась куда-то на нем в гости...
- О чем задумались друг мой? - спросил фон Штофф, уплетая блинчики с икрой, - что Вас так печалит? Неужели тест настолько испортил настроение?
- Да нет, я свой корабль маркизу де Ариньяку позавчера в карты проиграл.
- Тот маленький?
- Нет, тот большой.
- А супруга знает? - спросил Михаил, приглаживая пятерней свои жесткие, вечно торчащие в разные стороны кудри.
В противоположность Белоголовцеву, ему было сугубо все равно, как он выглядит. Одевался князь всегда довольно неряшливо, но состояние имел огромное, деньгами сорил не меряно, по той причине имел множество друзей и привычку часами рассуждать на никому неинтересные темы.
- Нет, не знает еще, - Голодев налил себе снова, - она на нем в гости куда-то собирается.
- У! - глубокомысленно заметил фон Штофф, прекрасно знающий характер графини Голодевой. С нею даже злые собаки связываться боялись.
- Что делать, прямо-таки и не знаю, сначала думал отыграться, но вот боюсь проиграть ещё что-нибудь.
- Де Ариньяк шулер! - желчно сказал Леопольд, ненадолго отрываясь от кушанья.
- Если бы я не прошел тест, мне бы тоже все шулерами казались, хмыкнул князь Самородов. Состояние свое он почти все промотал на бегах и теперь регулярно одалживался у Михаила и дружил с ним изо всех сил.
- О, Милетов! - крикнул Михаил, приподнимаясь. - Милетов, к нам идите, к нам!
Фон Штофф и остальные обернулись, в дверях стоял высокий, красивый, молодой человек в офицерском мундире. На левой руке у него висела девица с глубоким декольте, а на правой очень пьяный друг.
- Только Милетова ещё не хватало... - прошептал Голодев, но фон Штофф его все равно услышал и согласился энергичным кивком.
Алексей Милетов был самой настоящей чумой, отъявленным сквернословом и повесой, но почему-то без него не обходилось ни одно приличное общество. Богатые вдовы и юные девицы являлись его большим увлечением.
- Драсте, господа, - Милетов пристроил своего друга на колени Леопольду, девицу Михаилу и отправился искать стулья. Голодев очень надеялся, что не отыщет, но тогда это был бы не Милетов. В переполненной ресторации, где даже табурет был роскошеством, только Милетов смог сразу же разыскать три стула и приволочь их к столу. Господа немного потеснились, Алексей расставил стулья, на один усадил бесчувственного друга, придав ему по возможности сидячее положение, на другой пристроил почти засыпающую девицу, на третий уселся сам. Теперь он был в соседстве с бароном фон Штоффом.
- Шампанского и икры! - крикнул Милетов, плавающим взором обводя зал. Голодев знал, что в таком состоянии он особенно опасен и что, возможно, будет драка.
- Какая же все-таки дрянь эта жизнь! - выдохнул Голодев и потянулся к рюмке.
- Да, Вы правы, совершенно правы! - воскликнул Самородов, а не прошедший тест Леопольд принялся рыдать.
Глава вторая: Отчего мне так неможется?
Никто толком не помнил, как и чем закончился вечер, а уж о дороге домой и вовсе не имелось никакого представления. Голодев помнил лишь то, что очень болела голова, да ещё какой-то неприятный звук, сильно раздражающий. Только утром он догадался, что это был голос супруги Ольги Васильны.
