В этот момент Пелагея почувствовала на своём горле холодное лезвие. Марианна прибежала в кабинет на крики сестры и звук выстрела, взяв с собой нож для резки бумаги. Рыжая девушка нервно взглотнула, но не опустила револьвер. Немой грации было также не легче. Её руки сильно дрожали.
— Умница! — состроив испуг, похвалила мадам Марианну, видя в её глазах растерянность, — Ты же видишь, что она обезумила!
— Не слушай её, Ма! — воскликнула Пелагея, — Глаша была права! Мы всё для неё куклы, с которыми ей нравиться играть! Ей нет дела до нашего счастья. Мы нужны ей, пока мы молоды и красивы.
— Марианна, ты же знаешь, что я вас всех очень люблю. Ты же видишь, что Пелагея опасна. Всё-таки воспитание Белянской слободы никуда не денешь. Я ведь столько для вас сделала!
— Вы тоже самое и Глаше говорили, когда отдавали приказ убить Катю? — Пелагея, дабы не оказаться с перерезанным горлом, осторожно повернула голову к сестре и прошептала, — Ма, я же тебя знаю! Не дай ей превратить тебя в убийцу, как она это сделала с Глашей.
В этот момент губы Марианны задрожали, а глаза стали мокрыми от слёз.
***
Ответ на запрос № 34.8011
Дата: 9 мая 1913 год
Получатель: Воскресенский Р. И.
Отвечая на ваш запрос, сообщаем, что заключенная № 2.346 Мирелла (без фамилии), отбывавшая заключение в Маловском поселении с 30 сентября 1910 года за убийство, сопряженное с грабежом, скончалась 14 марта 1912 года от чахотки. Тело было похоронено в Аракчеевском кургане.
Комендант поселения Беленский Е. Н.
Ну, вот и всё. Пришёл конец напрасным ожиданиям и надеждам. В этот момент внутри Марианны всё оборвалось. На письмо сначала упала одна солёная капля, затем вторая и третья. Рядом стоял Руслан, который с печалью наблюдал за девушкой, чьи надежды умерли прямо на глазах. Помощник следователя даже не заметил, как к нему сзади подошёл отец Василий.
— Ой, дядюшка. — вздрогнул Руслан.
— Извини, если напугал, — затем батюшка обратил внимание на Марианну, — Что случилось?
— Эх, дядюшка Вася, — глубоко вздохнул юноша, — Как же я ненавижу быть гонцом, приносящим дурные вести.
Похлопав племянника по спине, Василий подошёл к девушке. Положив руку ей на плечо, он попросил разрешение почитать письмо, что Марианна и позволила сделать.
— Вот оно что! — произнёс мужчина, прочитав ответ на запрос, — Соболезную тебе.
Марианна начала бить себя кулаком в грудь, но батюшка не понимал, что она хотела сказать. Затем она набрала на своём браслете: “Это моя вина!”
Вскоре отец Василий и Марианна остались в больничном коридоре наедине. Девушка отдала батюшке своё покаянное письмо, где было написано признание в убийстве Зиновия Длиннобородого. Теперь, когда Миреллы больше нет, Марианна уже не видела смысла молчать. После прочтения письма, Василий долго молчал, смотря на юную девушку. Она была готова к осуждению, но неожиданно отец Василий развернул Марианну к окну, в котором отражались их лица. Самое печальное в виде девушки был пустой взгляд, в котором ранее горел огонёк надежды.
— Разве она такой хотела тебя видеть, когда брала вину на себя? — когда батюшка задал этот вопрос, внутри немой девушки как будто что-то щёлкнуло, — Да, грех твой тяжек был, но Господь наш может его простить, если твоё раскаяние искренние.
Марианна развернулась к Василию. Она даже не знала плакать или улыбаться.
— Прошлое нам не изменить, а грядущие только Ему подвластно, — батюшка погладил девушку по голове, — Но самое лучшее, что ты можешь сейчас сделать для своей названной матери, это прожить достойную жизнь, дабы её самопожертвование не было напрасным.
После этих слов отец Василий, отпустив грехи девушки, вернулся в общую палату, оставив Марианну в глубокой задумчивости.
***
Однажды Марианна уже падала в яму, и, выбравшись из неё, она не собиралась возвращаться.
“Нет!” — с этой мыслю немая девушка отпустила Пелагею, бросив нож на пол.
Затем Травникова резко развернула сестру к себе, прося с помощью взмахов рук не брать грех на душу.
— Ма, ты не… — Пелагея не успела договорить, как раздался выстрел.
Уличив момент, Наталья Алексеевна достала из ящика стола дамский браунинг и без колебаний выстрелила в Пелагею. Рыжая девушка тут же упала на живот. Марианна в испуге вжалась в стену, смотря то на сестру, то на мадам.
— Хорошо, что ты немая и не оглушишь всё живое здесь криком. — Наталья, покинув рабочий стол, подошла к девушкам, — Эх, Марианна… В этот раз я прощаю твою слабость, но если ещё раз будет такая оплошность с твоей стороны, то присоединишься к Аглае и Пелагеи.
Мадам Геворкян, опустилась вниз, чтобы развернуть Клёнову лицом к себе. И как только она это сделала, Пелагея, которая до этого притворялась мёртвой, несколько раз выстрелила ей в живот. С коротким хрипом и кровью на губах Наталья упала на пол и почти сразу испустила дух.
Пелагея, сажав свободной рукой огнестрельную рану в плече, встала на ноги и взволновано взглянула Наталью. Решив, что женщина получила по заслугам, рыжая девушка подошла к Марианне. Немая грация сползла по стенке вниз. Она робко подняла взгляд на сестру и лишь губами произнесла: “Что ты наделал?”
