Петр Васильевич шел впереди, двигался быстрым шагом. Ребятам пришлось практически перейти на лёгкий бег, чтобы не отстать от следователя. Правда, возле двери в подвал он остановился, он подождал их.
— Только следом за мной — произнес он.
— Ясно — ответил Андрей.
Следователь уже знал, в каком месте располагается выключатель. Он нажал на кнопку, но электричество заработало только на входе. Следующая лампочка не горела, не горела и та, которая вправо к углу здания. Лишь небольшой отсвет проникал в этом направлении от лампочки, бывшей по проходу влево.
Глиста и его товарищей не было видно, не было и слышно.
— Так тишина, полная тишина — прошептал Петр Васильевич, и ребятам могло показаться, что это он просит их соблюдать режим тишины, но на самом деле это была констатация факта.
— Нужно к переходу между домами — сказал Андрей.
— К ближнему? — спросил следователь.
— Да, им если и нужно, то в третий дом, там их сарайки — ответил Андрей.
— Андрюха правильно говорит, скорее, что Глист в этом подвале что-то своровал, эти ему помогали, а теперь будут прятать у себя, на какое-то время — произнес Максим.
— Не слыхать, нет признаков гостей из будущего? — спросил у пацанов следователь.
— Здесь нет, они в третьем доме — уверенно ответил Андрей.
— Точно?
— Точнее некуда.
— Тогда пошли — произнес Петр Васильевич.
И на что он мог сейчас надеяться, о чем он думал, имея при себе один лишь только пистолет. Уже зная и доподлинно понимая, что эта металлическая игрушка бесполезна в противостоянии с собакой. Нет смысла в оружии и против убийцы из будущего, потому что просто напросто в него нельзя стрелять до той поры, пока они ни окажутся в две тысячи двадцать первом году. Тогда на что? Тогда зачем они спустились в подвал дома 38/4? Но ведь что-то было, что-то заставляло двигаться в этом направлении, вместо того, чтобы переждать, чтобы смириться с тем, что собака и её хозяин сделают своё дело, расправившись с Глистом и его товарищами.
Как-то передалось на незримом уровне. Часто же бывает так, что мысли имеют материализацию. Но Костя неожиданно произнес шепотом, нарушив полную и зловещую тишину, которая поглотила всё то, что имело место быть возле невзрачного отверстия в подземный лаз, соединяющий четвертый и третий дом.
— А как мы сможем помешать?
Петр Васильевич не ответил, потому что только что об этом думал сам, потому что не знал ответа на этот простой вопрос.
— С помощью постороннего появления. Злодеи увидят, поймут, что здесь необычно много народу — так же неожиданно и вполне разумно предположил Максим.
И с ним нужно было согласиться. В его словах имелось рациональное зерно.
— Правильно говоришь — громко произнес следователь — Нам нужно вести себя так, как будто мы у себя дома, мы здесь хозяева — добавил он.
— Вот и здорово, давайте посмотрим на то, что у нас здесь есть — громко проговорил Костя, глядя на открытую дыру в земле, которая собственно и являлась тем самым загадочным и необычным сооружением, в виде подземного тоннеля.
Следователь в этот момент, наверное, что совсем некстати, вспомнил о том, насколько удивлены были жители четырех домов, когда он спрашивал их о том, что они знают о этих подземных норах. Выходило так, что они ничего не знали, не могли себе даже представить то, о чем он их спрашивает. Из этого, опросив огромное количество людей, следователь мог сделать единственно возможный вывод: этих ходов не было, ровно до той поры, пока здесь ни появились гости из будущего. Чуть позже пришла мысль, что всё это выкопала собака. Если это не она, то тогда остаются какие-либо подвальные гремлины. Мысль оставляла сомнение в том, а вообще копал ли кто? Но нет же, и не то и не это, где, мать его, вся эта земля, которая должна была быть извлечена оттуда: законы физики, как это, но это нельзя было нарушить. Можно, на самом деле можно, потому что эта земля находится в двадцать первом году следующего столетия. А здесь проекция. Здесь вообще нельзя определить: какой год имеет место быть возле вот этого отверстия в земле, которое под углом уйдет вниз, а затем пойдет прямо, двинется в сторону соседнего дома.
Следователь первым оказался в подземном переходе, пацаны последовали за ним без всякого промедления.
— Сколько здесь будет метров? — громко спросил Андрей, помня о том, что сейчас им всем надлежит здесь вести себя несколько иначе.
— Метров шестьдесят, семьдесят, но не более ста метров — так же громко ответил Андрею следователь.
— Не, ста метров точно нет, если визуально, на поверхности. Мы совсем недавно в школе стометровку на время бегали — дополнил своё мнение Максим.
— Слышите? — с явной и резкой долей настороженности произнес Костя, который двигался последним, но услышал этот свистящий, крайне необычный звук первым.
— Мать его — проговорил Петр Васильевич, случилось спустя секунду, когда свистящее движение дополнилось ужасным рычанием.
— Собака — прошептал Максим, в его голосе было всё, и испуг, и продолжение истории, которое случится через какие-то несколько секунд.