Изрэль остановился за несколько метров от встречающей разрушенной улицы Унулы. Вот он, его дом, подумал чародей и усмехнулся, такой же слабый и беззащитный, каким не был раньше. Что же могло изменить его так? всё дело в обычном страхе, который ослабил его внутреннее состояние, его характер, его сферы жизни и саму жизнь в нём. Изрэль усмехнулся и с той мыслью, что его встречает не власть и могущество, а истощённость и боль на крыши города летел огромный иссиня-чёрный шар, за которым ещё тянулся шельфом чёрно-красный дым. Вспышка гнева породила этот губительный тёмный шар и заставила Изрэля наколдовать и запустить его. Однако колдовская сфера рассыпалась зелёно-синей пылью в воздухе на нескольких метрах от первых крыш, и это было неожиданным поворотом для чародея. Он был удивлён подобному заклинанию, являвшимся защитой жизни Унулы. Изрэль засмеялся и запустил в воздух несколько чёрных сосулин, сорвавшихся прямо с земли. Они тоже разлетелись в мельчайшие крупицы.
– Бивень, ступай вместе с Пы́лчждычем к нарду. Обогни город и вступай на той стороне. А я буду здесь вместе с Дриго́рдой. – Произнёс, не сводя глаз с улиц Унулы, чародей. – Встретимся у дверей дворца.
Бивень кивнул головой в знак понимания, махнул рукой данному великану и пошёл, обходя весь город. Легионер, состоявший изо льда, глины и песка, зашагал вслед за ним. Это великан был похож на настоящего война. В правой руке он тащил за собой длинный тяжёлый меч. Глаза Пылчждыча светились красным светом и слегка дымились, а брови его были нахмурены. Складывалось впечатление, что бездушный созданный тёмной магией воин только и ждал, чтобы нанести свой первый смертельный удар. Он нёс в себе лишь такие качества. Только разрушать, только убивать, только служить своему создателю. У легионеров была тяжёлая поступь, от неё подрагивала земля. На ледяной и глиняной голове легионера была каменная шляпа с широкими полями, закрывавшая часть ужасающего лица.
Изрэль остался стоять напротив города, с подхватываемым ветром тяжёлым меховым плащом и невозмутимым, скрывающим ненависть лицом. Он крепко держал в руке чёрный посох с многогранным кристаллом, внутри которого бушевала чёрная магия, переливаясь багровыми, болотными и синими цветами, смешивающимися с чёрным и серым. В нескольких метрах от чародея стоял другой легионер, женского пола. Её голова была закрыта необычной угловатой шляпой. На губах злобная усмешка. Её тело состояло из дерева, угля, пепла и жидкого асфальта. Наверное, именно Дригорда могла противостоять целой многомиллионной человеческой армии и остаться невредимой. За спиной была закреплена стальной секирой, а рука занята несокрушимой булавой. Легионерша стояла крепко и неподвижно.
Чародей опустился на одно колено и дотронулся до земли. Он начал шептать странное заклинание, глаза его при этом потемнели, из них пошёл синеватый дым. Вся поверхность земли немного посинела и стала источать редкий тёмно-сине-зелёный дым. Изрэль поднялся и поглядел вперёд. Из города выбежала пронзительно лающая собака, однако когда она оказалась на заколдованной земле, то стала останавливаться и скулить. Животное упало, глаза его ослепли, а шерсть стала охватываться дымом.
Через пару минут Изрэль стал замечать людей в армейской форме. Они стояли повсюду: и на крышах домов, и смотрели из окон, и выходили из-за углов зданий. Улицы были заняты ими. Но вот откуда-то изнутри Унулы показался целый строй стражников и группа ануаров. Когда они расступились, то чародей увидел градоправителя вместе с командиром отряда, с другой стороны от них был Прик, верхом на Баданате. Изрэль нахмурился, однако сразу же после этого на его лице появилась едкая ухмылка, будто бы он всё отлично понимал, что тот мальчишка знает.
– Я ещё не видел людей столь глупых в этом городе. – Заявил Изрэль, когда те остановились напротив него, не решавшись выходить за пределы.
– Ты слишком долго провёл вдали города, тебе чуждо всё наше и наши обычаи. – Вступил в разговор градоправитель. – Ты живёшь в своём времени, ведёшь свой устаревший уклад жизни. Глупо здесь поступаешь только на данный момент ты, чародей.
– Когда-то давно это был и мой город тоже. Здесь и сейчас находится мой дом. Но никто не хотел, чтобы я жил в Унуле. Тогда мне пришлось уйти. Теперь же хочу вернуться домой.
– Что же мешает спокойно войти в пределы Унулы и продолжить жить дальше?
– Вижу с тобой юноша и редкого вида зверь. Это мой зверь и мой юноша. Скажи, племянник, – на этом слове градоправитель быстро заморгал и поглядел на молодого человека, который продолжал смотреть в тёмные глаза чародея, – нравятся ли тебе здешние порядки, работы, отношения и сама жизнь? Тебе, Прик, должно быть известно, что я долго следил за Унулой, её жителями и правителями и мне не нравятся их обычаи. Так вот, я пришёл, чтобы изменить их и не думаю даже о том, чтобы войти спокойно и так же продолжать жить здесь. Стоит лишь немного исправить некоторые уставы в этом городе.
