Павел бросил Вениамину последнюю фразу и вышел, чтобы дать ему попрощаться так, как хочет строптивая девчонка. Недолго думая, Веня схватил Алину, притянул рывком к себе и приложился губами к ее губам, она вытаращила глаза, хотя они у нее и так круглые. Отстранив ее, он ухмыльнулся, так как впервые видел напуганную подружку, с которой – да, целовался по-взрослому тоже впервые за два года, такие у них отношения, словно в детском саду. Однако Алина пришла в себя и потребовала:
– Еще.
– Глаза закрой, – в свою очередь потребовал Веня.
Зажмурилась, вот дуреха! В принципе требование выполнила, ну и ладно. Он обнял этот ходячий стресс (для него) и целовал, как пожелала Алинка, наконец отстранил девушку, приставил к стенке и сказал:
– Можешь открыть глаза, я побежал…
– Что, и все? – разочарованно протянула Алина.
– Ага, все, – хохотнул Вениамин. – Павел Игоревич ждет. Пока.
И на прощание чмокнул ее в лоб, как покойника.
– Павлик, ты вытащишь Феликса, я верю… нет, я знаю.
Зоя Артемовна положила ладонь на его руку, иногда прикосновение материнской руки убеждает больше, чем слова, это знак прямой поддержки.
– Постараюсь, – пообещал Павел. – Но знаешь, чего я боюсь? Что за убийствами друзей Феликса стоит какая-то сила.
– Почему так думаешь? Есть основания?
– Понимаешь, Семенович не тот человек, чтобы по одному заявлению не внушающей доверия старой мымры…
– Сын, ты говоришь о женщине.
– Мама, она… это карикатура на женщину. Ладно, пойду, надо подумать. Да, а как Тамара?
Что касается упоминания Тамары, мама сразу меняется в лице, глаза ее становятся колючими, тон жестким:
– Хм, вспомнил! Хорошо все с Тамарой, ну, есть кое-какие последствия, поэтому она чуть больше под наблюдением полежит. Надеюсь, ты придешь встречать своих детей из роддома? Ты помнишь, что их у тебя двое?
М-да, и дома проблемы.
– Спокойной ночи, мама.
Он пришел в свою комнату и рухнул на кровать, прикрыл веки. Устал чертовски. Сколько времени прошло, сложно сказать: может, минута, а может, и полчаса, но вдруг у уха раздался воркующий голосок, похожий на шипенье змеи:
– Даже пиджак не снял, не похоже на тебя.
Павел открыл глаза, голову повернул… да, она. Лора на коленках, ее локоть на краю кровати, с плеча сполз халат, а на лице типа печать страсти. Так хочется послать ее по рабоче-крестьянски…
– Устал? – спросила Лора. – Хочешь, сделаю массаж?
– Не люблю, когда мнут мое тело.
– А я аккуратно, нежно…
И поползла к нему, перебирая руками по кровати – вампирша жаждет крови, не меньше. Пришлось сесть, тем самым охладить пыл девушки, но она как таран средневековый – не остановить, если разгонится. Лора тут же подхватилась, предложив, протягивая когтистые ручонки:
– Давай помогу снять пиджак…
– Лора, мы уже эту тему обсуждали!
– Тему пиджака?
И забралась на его законный диван-кровать, облокотилась плечом о стенку, уставилась с улыбкой на него. Вот что с ней делать? Устроил он ей проверочку, Лора держалась долго, однако на днях порылась в его вещах. Как узнал? Да просто: во всех ящиках и шкафах оставил незаметные закладки – нитки и полоски бумаги. Открываешь дверцу или ящик, ниточка или полоска выпадает. Мама этого делать не будет, Тимофей тем более, только Лора. Она везде порылась, даже в шкафу с одеждой копалась, там тоже закладки оставлены. Что искала – золото и бриллианты? Глупо. Но что-то искала.
– Не язви, – сказал Павел. – Ты прекрасно поняла, о чем я.
– Знаешь, наш Тимочка так счастлив, он просто светится весь, потому что у него появился ты. Как нам быть теперь, Павлик?
Угу, тонкий намек размером с бревно. В сущности, Павел не исключал, что будет вторая попытка залезть к нему в постель, и третья не исключена. Столько напора прилагает, а зачем? Что там история на сей счет хранит в своих запасниках? Шпионы выведывают тайны в кроватях… Мата Хари, черт возьми. Ну, он выведывать ее тайны подобным способом не станет – проиграет, Лора и в постели будет изворачиваться. При всем при том не давал покоя вопрос: на что она рассчитывает?
– Павлик… – вывела Лора его из задумчивости.
– Ну, а как Тима жил раньше? – прикинулся он тупым, будто не понимает, что ему делают предложение руки и сердца. – Так и будет жить, а ко мне приезжать на каникулы и светиться, таким образом у тебя появится возможность отдохнуть, заняться личной жизнью.
– Ему нужны мама и папа. Родные. Чтобы всегда рядом были.
М-да, вопрос, конечно, интересный – про родных маму и папу.
– Извини, других предложений у меня нет и не будет.
– У тебя кто-то есть, – разозлилась Лора. – Так не бывает, чтобы мужчина отказался от такого тела даже при жене в соседней комнате.
