– Что ж, может быть. – Я пожала плечами, вспомнив сложный ритуал, который провела мать Джульетты. – Вы сказали, тьма что-то забирает?
– Она забирает жизни, – уточнил он. – В этой небрежной работе задействованы несколько человек. – Он снова покачал головой. – Проклятие зацикливается, – пояснил Малик, очерчивая в воздухе круг. – Это просто
– Значит, это не нормально? То, что проклятие бьет сразу по троим?
– Нет. Обычно лишь по одному – тому, кто проклят.
– И в данном случае это я? – Это казалось очевидным.
– Нет. – Он покачал головой. – Вас никто не проклинал.
– Да? – Я чуть не засмеялась. – Значит, я попала в ловушку чужого проклятия? Вот так везение.
Малик пожал плечами.
– Подробности мне неизвестны. Я вижу только основы. Намерение состояло в том, чтобы вечность мучить проклятого, отсюда и возник цикл. – Он взял паузу, прежде чем продолжить. Карусель замедлила ход, чтобы на нее поднялись новые люди. – Я чувствую, что должен кое-что сказать, но не уверен, что имею право. Мы с Ракель часто расходимся во мнениях по этому поводу.
– Дерзайте. – Я затолкнула салфетку поглубже в нос.
– Вы уверены? – Малик, взглянув на стол, позволил пробегавшему там пауку взобраться на его руку.
Я кивнула, не сводя глаз с паука.
– Вам не прожить и месяца.
– Почему?
– Я это вижу. Тот, кто создал проклятие, дал вам стража из тьмы – опекуна, который защитит вас и проклятие. Но… – Он помолчал. – Что ж, заклинателю пришлось пойти на уступки, чтобы добавить это условие. Вероятно, наложивший проклятие человек беспокоился о
– Моя мать знала об этом?
Малик пожал плечами.
– Я не удивлюсь, если мелкий шрифт – не для нее. Мы сейчас говорим о демонах.
Я застонала.
– Защита дорого обошлась и заклинателю.
– Что вы имеете в виду?
– Я имею в виду, что заклинание убило того, кто его наложил. Вот уж неприятный уговор.
– О, ну конечно, – засмеялась я, хотя Малик говорил без сарказма. – Конечно,
– Я видал и похуже. – Малик вздохнул. – Но ненамного. Кто бы ни сотворил это проклятие, он использовал злого демона. Я даже имя его не буду называть, чтобы он меня не нашел. Он – один из древних. На самом деле он слишком сильный для этого проклятия. Заклинателю необязательно было призывать одного из древних.
Я вспомнила ночь в Шаллане; я видела имя демона. Еще я вспомнила возраст матери Джульетты. Ее жизнь была очень тяжелой, и хотя она выглядела намного старше, на самом деле ей было около тридцати лет. Судя по всему, тридцать четыре – столько же, сколько должно было исполниться мне. И тогда я умру.
– Это можно остановить?
– Да, – заверил Малик. – Будучи тем, кого защищает проклятие, вы обладаете большой силой. Ваша кровь сильна. – Он замешкался. – За исключением того, что это не самое современное проклятие, поэтому возникают уникальные сложности.
– Например?
– Обычно проклятие можно снять кровью и заклинанием отмены, но в данном случае кровь не сработает. Физически вы никак не связаны с тем ребенком, для которого призывали опекуна. Вы – дубликат в другом теле. Вы переходите из тела в тело, потому что заклинатель хотел, чтобы проклятый мучился вечно. К несчастью для вас, вы попали под это проклятие и перерождаетесь вместе с проклятым, однако кровь ваша уже отличается от оригинальной. У вас теперь другое тело. Понимаете?
– Значит, мне нужна кровь того ребенка? – Я знала, что это Джульетта. Похоже, я даже ругнулась вслух.
– Да. Я могу сотворить заклятие отмены, когда у вас будет кровь. Оно довольно простое и останавливает цикл. А вообще, это лишь самая простая часть…
– А что самое сложное?
– Потом скажу. Давайте действовать последовательно. Просто добудьте немного крови, хотя бы капельку. И еще. Это очень важно. Цель опекуна – проклятие.
– Я не понимаю.