Да. Пробовали. Не получается: газу расходуется гораздо больше, а наркоз действует много слабее, осы начинают скорее просыпаться и, похоже даже, атака первых проснувшихся будит еще спящих, поднимает их сразу в бой!
В лаборатории же этих помех нет. Осы в контейнере лежат пухлым слоем и еще не успели проснуться, как два самых больших сота положены рядом в лабораторный улей, дном под потолочину, на соты ссыпают сколько надо спящих ос и, конечно, следят, чтоб с ними была и матка. Какое-то время спустя осы начнут пробуждаться и лабораторное гнездо заживет почти нормальной жизнью, причем каждое мгновение можно видеть любой уголок.
Чтобы облегчить наблюдение, у дна гнезда под углом в 45° стоят зеркала, а осветительный зонд перемещают, включают и выключают без труда. Разумеется, свет зонда не должен отвлекать ос от повседневных занятий.
Чтобы предотвратить ненужные потери тепла (ведь сот не покрыт оболочкой, как в естественном гнезде), в стенки вмонтированы полистиреновые пластины. И потолочина и дно держатся на винтах, так что можно, когда надо, подтянуть или опустить хоть потолок, хоть дно.
Для учета ос, уходящих в полет и возвращающихся домой, стеклянная трубка на летке расщепляет движение на два потока — из гнезда и в гнездо. Каждый поток рассчитан на пропуск одной осы, и благодаря световому реле оса, следуя по своему маршруту, обязательно пересекает луч так, что реле регистрирует в актографе и вылеты и возвращения… Счетчики работают безотказно и постоянно показывают итоги.
Пользуясь задвижками на круглых отверстиях в боковых стенках гнезда, можно открывать ход к кормушке с медом или другой пищей или вводить зонд для измерения температуры или влажности воздуха в любой точке, наконец, пускать в ход ловушку для отбора особей. Отбирают их для измерений, для маркировки, которая может служить индивидуальным номером.
Но не всегда требуется индивидуальная маркировка. Если в специальную ложбинку, на дно хода из гнезда поставить покрытое металлической сеткой небольшое металлическое блюдце с сухим порошком флуоресцирующей при дневном свете краски — зеленой, скажем, или оранжевой, то осы, проходя по каналу, опудривают снизу брюшко. Применяя для разных гнезд разные краски, можно наблюдать, как осы распределяются на местности, где кормятся и заготовляют корм для потомства.
Есть и более точные приемы маркировки ос для опытов в природных условиях. В разных направлениях и на разных расстояниях от площадок, где открываются ходы из подземных гнезд, расставляются кормушки с рыбной приманкой и другие — с медовой. У кормушек — дежурные. Они учитывают число прилетающих ос и по одной пинцетом снимают их в контейнер, а когда ос наберется достаточно, уносят в лабораторию, усыпляют ненадолго эфиром и по одной помещают в довольно просто устроенный станочек: трубочка с вырезом, в который осу погружают головой, грудью и ножками, тогда как проволочная защелка подводится под крылья, открывая спинную сторону брюшка. Пока оса не очнулась на свежем воздухе, ей на верхние сегменты брюшка с помощью микрошприца-автомата наносят миллилитровую каплю клея, а к ней ювелирным пинцетом прижимают круглую крашеную и нумерованную стальную метку — кружочек весом в миллиграмм, вполне посильный для осы груз.
Работа продолжается несколько дней подряд, и вскоре на кормушках появляются меченые осы.
Продолжение — сложнее.
