Взрослые осы весьма настойчивы и усердны в кормлении растущих личинок. Монтанье решает измерить это усердие, выяснить, одинаково ли оно в обоих вариантах. Он стал кормить воспитательниц медом с добавкой радиоактивного изотопа золота. Осам этот раствор не вредит, на их поведении не сказывается, в процессе пищеварения изотоп не усваивается. А когда рабочие-воспитательницы получают позолоченный корм, можно с помощью счетчиков-изотопоискателей следить, как корм переходит от взрослых ос к их иждевенкам-личинкам.
По правде говоря, рассказывать об этом много проще, чем проделывать в натуре. Все время приходится определять степень радиоактивности взятых в опыт насекомых, а такие измерения — дело деликатное, требует ювелирной точности. Достаточно изменить угол между осью прибора и осью тела исследуемого насекомого, чтобы показатели счетчика изменялись.
Монтанье убедился в этом и знал: работать надо с предельной осмотрительностью. Через 48 часов после того, как рабочие осы-кормилицы выбрали из пластиковых плошечек свой позолоченный мед, счетчики, замерив состояние кормилиц, сообщили: осы своих сестер-личинок кормят щедро, чужих — скупо. Как же они опознают своих?
По внешним приметам личинки вряд ли отличимы, и сигналом-оповещением для воспитательниц может служить только запах. Именно ароматический ореол, которым окружена головная часть личинки, побуждает воспитательниц приблизиться к ячее, скрывающей личинку, торопит ее передать иждивенке корм, доставленный в жвалах или в зобике.
Изотопоискатели выдали Монтанье еще несколько любопытных подробностей жизни семьи: не все кормилицы одинаково усердны в выполнении обязанностей — одни весьма рьяны (их радиоактивность к моменту проверок сильно снижается: весь набранный в кормушках сироп они отдали подопечным), другие явно нерадивы (их радиоактивность отчасти снизилась, зобики полны еще не розданного сиропа). А личинки все сравнительно одинаково радиоактивны; среди них нет ни пасынков, ни баловней. Но это не потому, что осы кормят всех одинаковым количеством сиропа, нет! Воспитательницы учитывают аппетит воспитанниц: молодые личинки получают сиропа меньше, подросшие — больше, самые старшие — еще больше. Единственно, кого осы не балуют вниманием, — личинки в неисправных ячеях, с изъянами, к этим осы относятся с прохладцей…
Продолжая изучать ход обмена веществ в семье, Монтанье обнаружил и другое: наряду с передачей корма от взрослых личинкам наблюдается и встречный поток — от личинок к взрослым.
Чтоб уточнить новое заключение, Монтанье развернул новую серию опытов. Личинки в ячеях стали получать меченый сироп из микропипеток. Кто проводил такие кормления, знает, какое это занятное и, не побоимся старомодного слова, трогательное зрелище: личинка открывает рот, тянется к тонкой стеклянной трубочке, на кончике которой дрожит крошечная капля, даже продолжает тянуться за пипеткой, если ее чуть отодвинуть. Но вот личинки покормлены, и на сот выпускают взрослых рабочих ос — старших сестер, а спустя какое-то время измеряют радиоактивность и личинок, получавших меченый корм, и взрослых ос. Кормленные из пипеток личинки оказались, разумеется, все радиоактивными, а из 40 взрослых ос 30 заставили счетчики изотопоискателей трещать, свидетельствуя: мы радиоактивны!
Для большей убедительности вопрос был проверен еще и по-другому. Личинки получали меченый корм от десятка взрослых ос, затем Монтанье убрал их и заменил новыми, «чистенькими». Проверка этих подсаженных показала: часть чистеньких тоже несет в себе радиоизотопы, которые личинкам передали предшествующие десять воспитательниц и которые к новым «чистеньким» осам могли попасть только от личинок.
Прежде чем перейти к дальнейшим исследованиям, Монтанье проверил, как — от кого и когда — получают в гнезде корм самцы.
Дождавшись, когда они стали выводиться (а самцы появляются в семьях раньше, чем самки), Монтанье расселил по клеткам группы по 10–15—20 германика и вульгарис, дал в каждую по плошке все с тем же позолоченным медом. Самцы быстро находили кормушки и брали из них мед. Это видно было на глаз, и это можно было затем слышать: подносимые к самцам счетчики начинали трещать; и так, действительно с треском, провалилось давнее мнение, что самцы получают корм только от рабочих ос и не способны сами брать корм. Здесь никаких рабочих ос не было, а самцы без всякой подсказки уписывали мед из кормушек. Но давнее провалившееся мнение было все же не совсем безосновательным. Во-первых, выяснилось, что рабочие осы набирают в зобики в 2–3 раза больше корма, чем самцы. А во-вторых, когда опыт повторили позже, взяв для него самцов из гнезда, где уже стали выводиться молодые самки, оказалось: теперь самцы сами уже не берут мед из кормушек.
