Каково оно, СЃРЅРѕРІР° возращаться в мир, с которым уже попрощался? Таня опять вернулась на Анадею. Капля силы РўСЂРёСЂС‹, Р±огини мести, все ещё принадлежит ей. Она становится ценным товаром в мире, где уже наступила следующая СЌРїРѕС…а, но новая магия РѕС' Р±огов ещё не получена. Её спешно сговаривают и выдают замуж. А над миром тем временем сгущаются новые тучи. Р
Екатерина Федорова
Четырнадцатая дочь 2
Обреченный род. Последний герцог.
Очнулся Рут от несильного, но чувствительного пинка. Тело ответило само, не дожидаясь приказа от сознания - он перекатился на другой бок, рывком взмыл на одно колено…
И тут же ощутил, как заходятся мелкой дрожью камни под ногами. Словно сила, державшая их в воздухе, была уже на исходе.
Зеленоватый диск Элсила успел выбраться из черной тени, которая поглотила его перед этим. Небо посветлело, башни восставшего из небытия замка вновь купались в лучах, ловя свет на грани щербатых камней остывающее в зелени золото.
- Пора уходить. - Сказал кто-то голосом, звенящим, как добрая сталь под ударом. - Время выбора прошло. Время мести настало.
Рут повернул голову на звук голоса и увидел Триру, закованную в багровоалое платье. Мать-Прародительница эрни стояла по левую руку от него, как раз в той стороне, откуда перед этим прилетел пинок.
На складках шелка сияли острые искры драгоценных камней, ястреб на плече застыл, склонив голову набок. Не отворачивая лица от демона, Рут скосил глаза, быстро обежав взглядом замок. Других богов и демонов во дворе не было - равно как и людей.
- Где все? - Коротко спросил он. Ощутив при этом некоторое смущение позволительно ли расспрашивать Прародительницу, как какую-то смертную?
Несколько мгновений Трира смотрела на него, не шевелясь. Наконец ответила протяжно:
- Все ушли. Потому что свершилось.
- Что свершилось?
В ожидании ответа правая рука Рута опустилась вниз, пальцы привычно сложились, готовясь принять подвешенный в рукаве далт, эрнийский кастет с жалом. Острие далта уже высунулось из-под манжеты, когда Рут осознал, что делает.
Он тянется к оружию перед лицом самой Триры-Прародительницы!
Рут стиснул зубы и дернул рукой, заставляя жало втянуться назад.
Подумал - я чувствую то, что люди называют страхом. И отвечаю на страх, как эрни, рукой, протянутой к оружию. Но делать подобное в присутствии демона смешно…
- Свершился выбор. - Голос Триры опять зазвенел сталью. - Случилось небывалое. Девица, которую притащил мой собрат, Коэни Милосердный, толкнула тебя в момент Выбора. По её милости ты коснулся мерила вместе с моим избранником, Таркифом бал Вакрифом. Впервые за все время до мерила вместе с избранником дотронулось существо, избранное не богом и не демоном - а человеком. И выбор пал на него! Думаю, глупец Таркиф уже начал мечтать о победе, и это все испортило. О чем думал ты, когда тебя толкнули?
- О мести. - Хрипло ответил Рут. - Кайрес убил двух моих друзей. Он заплатит.
Углы грубо очерченного рта Триры чуть приподнялись, обозначая улыбку.
- Мысли о мести самые сильные. Куда до них предчувствиям и сладким надеждам на победу… Теперь я понимаю, почему мой избранник проиграл.
Более того, я принимаю этот проигрыш.
Ястреб на плече хлопнул крыльями. Голос демона взмыл, на Рута знакомо пахнуло грозой.
- С течением времени мы, боги и демоны, начали забывать смысл Выбора.
Когда-то не мы давали людям нашу силу взаймы - наоборот, это они приносили нам свою. Что же до того, кому ты хочешь отомстить, можешь успокоиться. Кайрес из Аретца, избранник моего милосердного братца, тоже потерпел неудачу. Он так и не стал посланником бога.
- Это хорошо. - Рут чуть склонил голову. - Потому что перед тем, как я его убью, он должен потерять все, что имеет. И жаждать смерти…
Как жаждали её Гарт и Алвин, умирая в домике Увира, подумал он.
Губы Триры раздвинулись, улыбка стала истинной, блеснули крупные белые зубы.
- Дитя предателей, в тебе ещё жив дух первых эрни. Скоро ты сможешь сделать с этим Кайресом все, что захочешь. Ты посланник бога!
- Какого? - Осторожно спросил Рут. Хотя он уже предполагал, каким будет ответ - и это его почему-то не радовало…
- Меня! - Голос Триры прокатился меж башен грохотом горной лавины, рассыпая над замком гулкое эхо.
Камни под ногами, отвечая на возглас богини, дрогнули ещё сильней. Рут пошатнулся, ухватился одной рукой за осколок плиты возле колена, на которое опирался. Вторую руку пришлось вскинуть, чтобы удержать равновесие.
- Грядут перемены! - С яростным весельем закричала Мстительная, поднимая лицо к небу. Улыбка стала оскалом. - Даже камни, поднятые из праха ради смены эпох, чувствуют мою силу! Я - хозяйка нового времени!
Складки платья расплелись и поплыли назад, обтекая мощные бедра.
Засияла рукоять меча в багровых камнях. Ястреб на обнаженном плече переступил с ноги на ногу, свистнул. Из-под вонзившихся в кожу серповидных когтей кровь не выступила - когти, поменяв положение, просто срослись с телом. Словно ястреб и демон мести были одним целым.
- А где сейчас та девица, княжна Тарланьская? - Спросил Рут. Быстро встал на ноги, потер надсадно нывшую грудь одним быстрым движением - и приказал себе не думать об этом.
Мысль о княжне вызывало у него смутное беспокойство. Из всех существ, собравшихся в этом замке, Татьяна была самой уязвимой. Долг мстящих заботится о слабых, о тех, кто беззащитен перед чужой яростью.
