Хотя, маньяки ведь тоже на вид безобидные. Посмотришь на такого очкарика и ни за что не подумаешь, что он уже прикончил восьмерых и на тебя глаз положил. Папа почти каждый вечер смотрит какую-нибудь чушь из разряда: «Самое громкое убийство восемьдесят пятого года» или «Дело шайки беспредельщиков Васи Упыря». Как тут не впечатляться? Удивляйся потом таким снам. Первое время я пыталась к нему подлизаться, поэтому просмотры подобных передач, были чем-то вроде семейного кино. Но папа идти на сближение на моих условиях отказался, поэтому я умыла руки. И оставила это бесполезное и совершенно скучное занятие.
Но сны то начали мне сниться именно сейчас, а мой маньяк на очкарика не похож. Хоть я и помню его довольно смутно. Только глаза узнаю, пожалуй, а остальное довольно размыто в моей памяти. Он похоже решил доконать меня звонками, иначе как объяснить то количество неизвестных номеров одолевающих меня круглые сутки.
Занесенные над головой руки начинают неметь. Пока я случайно не уронила тяжеленькую свинку себе на голову, осторожно опускаю ее. Мое обоняние улавливает странные запахи. Маньяк жарит яичницу!? Может папа сжалился надо мной и вернул Наталью Ивановну? Тихонечко приоткрываю дверь высовываясь из комнаты. К шкварчанию доносящемуся из кухни прибавляется запах кофе, шум воды, и грохот тарелок и чашек приземляющихся на стол. Смело шагаю в сторону кухни. Впиваюсь взглядом в широкую спину.
— Привет, — не без удивления произношу я.
— Привет, — Дорофея поворачивает голову. — Я думала ты спишь. Завтракать будешь?
— Ты меня напугала! Можно ведь было позвонить!?
— Я звонила, — сестра поворачивается и опирается своим могучим телом на столешницу гарнитура. — Три раза.
— У меня, наверное, не записан твой номер, — морщу нос.
— Действительно, зачем он тебе… Кстати, я так и не поняла, ты меня заблочила что ли? — раскладывает яичницу на две тарелки.
— Не знаю, посмотрю потом. Может случайно. Ты надолго?
— На пару дней. Я думала папа будет дома, хотела сделать ему сюрприз. Мы с Сашей решили пожениться, — ее губ касается легкая улыбка, глаза начинают лучиться светом.
— Поздравляю, — ощутив неприятный осадок присаживаюсь за стол. — Когда свадьба?
— В конце августа.
Свадьба! У Дорофеи свадьба! Уму не постижимо… Я ничего не понимаю в этой жизни. Она же некрасивая, совершенно не симпатичная, абсолютно неотесанная мужичка. Даже сейчас она одета в подобие спортивного костюма и ходит так постоянно. Я ни разу не видела ее на каблуках. Хотя какие ей каблуки. Она выше меня на полторы головы и тяжелее в два раза. Короткие светлые волосы, собранные в мышиный хвостик, глаза без ресниц, нос картошкой. Эта великанша выходит замуж, да не за абы кого… Чисто из любопытства, я как- то навела справки о ее Саше.
Дора молча рассматривает меня пряча улыбку.
— Что?
— И на это, ты променяла возможность обучения в престижном университете? — кивает на мою новую грудь, обтянутую трикотажной пижамной маечкой.
— Твое, какое дело?
— Алика, какая ты все-таки глупая.
— Зато красивая, — вздернув подбородок смотрю на нее свысока, хоть и сижу на стуле, а она горой возвышается надо мной.
— А, с новыми сиськами, так вообще «Мисс вселенная», — хмыкает она.
Вот и пообщались… Поднимаюсь со стула, иду к двери.
— Сядь, поешь! В холодильнике шаром покати, одни листья салата.
— Ну ты же нашла яйца.
— Чем очень удивлена.
— Приятного аппетита, — прикрываю за собой дверь своей комнаты.
Дорофея старше меня на девять лет у нее два высших образования, скучная работа и квартира в Москве. Из этого списка мне достаточно бы было просто квартиры. Но папа словно с сума сошел, когда узнал, на что я потратила деньги. Нужно было делать операцию на втором курсе. Отучилась бы как-нибудь год, может за этот год и недвижимостью бы обзавелась. Теперь личные квадратные метры мне только снятся.
— Алика, открой дверь курьеру, — кричит Дора на всю квартиру.
— Сама открой!
— Я в ванной!
— И что?
— Алика!!
Какой еще курьер? Только приехала, уже начала тут хозяйничать. Распахиваю дверь застывая на месте. Мой таксист пялится на меня во все глаза, протягивая пакет.
— Зачетные сиськи! — впивается взглядом в мою грудь без белья. — Привет! — растягивает губы в нахальной улыбке.
— Прекрати мне названивать, — игнорирую его странное приветствие. — Тимур отдавал тебе деньги, ты сам отказался.
— Я тебе не звонил.
— А кто мне названивает по сто раз на день?
— Откуда я знаю, — пожимает он плечами.
— Дора! Мне нужны деньги! — кричу сестре повернув голову.
— На что?
— На чай курьеру.
— В сумке возьми, — приоткрыв дверь кричит она и начинает шуметь феном.
Выдергиваю из ее кошелька пятитысячную купюру и протягиваю улыбающемуся парню.
— Все! Мы в расчете.
Он и не думает ее брать.
Слегка подавшись вперед засовываю купюру в нагрудный карман его рубашки. Он вытаскивает деньги и протянув руку засовывает их мне за вырез майки.
— Я же сказал, отработаешь, — подмигивает мне и спускается вниз по лестнице.
