Разумеется, он был прекрасен. Его черты, не вполне гуманоидные, но и не вполне птичьи, представляли скорее экзотическую смесь тех и других. Золотистые глаза, темно-желтые перья и мускулистые худые конечности. И неимоверный размах крыльев. В памяти Хатч тут же возникло известное изображение святого Михаила кисти Петраски.
Глаза его были очень широко расставлены, почти по краям черепа. Ангел поглядывал на незваных гостей с любопытством, отыскал Хатч и сосредоточил все внимание на ней. В этом взгляде она читала любознательность и разум. И нечто дикое. Аликс была права: он был прекрасен. Но — как леопард.
Его череп был несколько?же человеческого. Ангел откидывал и поворачивал голову так, как это обычно делают попугаи, пытаясь привлечь внимание. Губы были сложены в полуулыбку, и Хатч показалось, что она уловила блеск клыков. Она подавила неприятный холодок (
Сзади донесся голос Аликс:
— Джордж, а мы уверены, что хотим этого?
— Да! Боже мой, детка, ты это серьезно?
Торжественно «приплыл» второй ангел, тоже самец; приземляясь, он едва не пробежал полпути до шаттла. Но остановился и протянул руки, так, как демонстрируют отсутствие оружия. Аликс двинулась вперед и оказалась прямо позади Хатч.
— Он великолепен, — выдохнула она. — Они оба великолепны.
Хатч было интересно, заметила ли Аликс передние резцы.
Несмотря на крылья, ангелы определенно относились к млекопитающим. На них были жилеты, почти не скрывавшие верхнюю часть тела, и рейтузы до колен. Но их нижние конечности заканчивались не стопой, а птичьими когтистыми пальцами.
Хатч смотрела мимо Джорджа, который уже пригнулся, готовый покинуть воздушный шлюз. Земля была покрыта мягкой зеленой травой.
— Я только что заметила одну странность, — сказала Присцилла.
— Что такое? — спросил присоединившийся к ней Пит. В левой руке он держал ожерелье. Подарок.
— Нигде не видно птиц.
Джордж тяжело спустился вниз. Пит и Хатч последовали за ним, обходя его каждый со своей стороны. Гравитация здесь составляла 0,8
— Не думаю, что я тебя понял, — заметил Джордж.
— Где птицы?
Он вздохнул.
— Откуда
Святой Михаил сделал робкий шаг вперед. Он был лишь чуть выше Хатч и представлял собой необычайно грациозное существо. Ветер шелестел в его крыльях. Он вновь осмотрел ее, встретился с ней глазами, его взгляд скользнул по ее телу и остановился на лазерном резаке.
Губы ангела приоткрылись, и Хатч заметила в его взгляде нотки обвинения, которое тут же утонуло в улыбке. «Если и прочие инопланетяне такие же, как эта компания, — подумала Присцилла, — если они действительно дружелюбны, до межзвездного общения, возможно, не так далеко».
— Кажется, они нисколько не боятся нас, — проговорил Тор по общему каналу.
Билл призвал всех к осторожности.
Джордж прошел вперед, мимо Хатч, и протянул руку. Михаил приподнял крыло и вновь опустил.
У второго ангела было темно-синее оперение и темные глаза, которые можно было бы описать как печальные. Его крылья украшал сложный красно-белый рисунок. Вылитый Гавриил.
Пит протянул браслет. Дешевый, из серебряных пластин. Но если не знать этого…
— Пит, ты слишком далеко отошел от шаттла, — предупредила Хатч.
Герман нерешительно стоял в открытом люке. Затем сошел вниз.
По-прежнему не было видно птиц. Может быть, здесь их вообще
Приземлились еще два ангела, женская и мужская особь.
Браслет поблескивал на солнце.
Гавриил переводил взгляд с Пита на браслет, с браслета на Хатч. И вновь на браслет. Хатч показалось, что она уловила презрение.
Ангелы растянулись цепью, сделав по несколько шагов в каждую сторону.
Аликс готовилась спрыгнуть из шлюза. За ней стоял Тор со своим мольбертом.
— Притормози, — сказала ей Хатч по личному каналу.
— Почему?
— Просто притормози.
Гавриил взял браслет. Он повернулся и протянул его одной из женских особей. Та вышла вперед, взяла его и начала разглядывать с недовольным видом.
Несмотря на все — на благородство облика, на то, что она начала развлекаться разного рода похотливыми мыслишками по поводу Михаила и Гавриила, — Хатч знала,
— Дайте мне такие крылья, — заявила Аликс, — и на ночных улицах ни один мужчина не будет чувствовать себя в безопасности.
«До умиления скромно, — подумала Хатч. — Едва ли ей для этого нужны крылья».