— Ха-ха, на это я согласен! — хохотнул отец. — Тогда надо надавить на сенаторов и на Балдвина. Балдвин выделываться не будет, сенаторы, после сегодняшнего, думаю, тоже.
— Главное, чтобы мне, то есть тебе, разрешили набрать ликторов, — произнёс Эйрих. — Тогда приказы будут исполняться быстрее и мы наведём образцовый порядок в делах Деревни. А теперь, к плану обороны…
Аларих уселся на свой трон и приготовился принимать разведчиков с докладами.
Судя по сведениям, принесённым визиготскими якобы торговцами, ходившими в так называемую Деревню, у остготов какие-то неурядицы. Их пресловутые старички что-то не поделили и устроили повальную драку прямо в зале заседаний.
Аларих был наслышан о том, какие были порядки в республике римлян и даже не мог представить, чтобы римские старцы вдруг одичали и начали дубасить друг друга изо всех сил. Но остготы — это другой народ, поэтому, как говорят, у них там произошла поножовщина, кто-то был зарезан, а потом в Сенат ворвалась сама притча во языцех, претор Эйрих Щедрый.
Его дальнейшие действия показали, что он тупой, потому что он не придумал ничего лучше, кроме как ввязаться в драку и избить стариков. Хуже позора для остготов и не придумаешь: мало того, что их «сенаторы» проявили себя как дикие скифы, так ещё их претор ничуть не лучше.
Рейкс уже не был так уверен в правдивости слухов об этом Эйрике. Возможно, ему просто повезло разбить римлян…
«Нет, слишком много везения», — прервал ход мысли Аларих. — «Думаю, как и со всеми слухами, надо просто давать им в два раза меньше веры. Что-то этот Эйрих умеет, как минимум, умеет воевать, но то, что он не очень умный — это теперь понятно. Сенат он, сучья сыть, учредил, ха-ха… Претор он, угу… Триумф ему дали, конечно, да-да…»
Да, опасный на поле боя противник, но как стратег… Скорее всего, не ровня Стилихону, поэтому можно не опасаться, что им будут применены какие-то чрезмерно хитрые уловки и прочие подлости в римском стиле.
Конечно, опасно недооценивать врага, как это было со Стилихоном, но Аларих просто не мог сопоставить образ выдающегося стратега, сокрушающего вандалов, маркоманнов, римлян, ГУННОВ, с тем посмешищем, что так сильно опозорилось со скорбноумными старцами…
Впрочем, Аларих пообещал себе, что будет предельно осторожен. Может оказаться так, что Эйрих Щедрый — это занавеска, скрывающая истинного военного гения.
«Этот, как его… „первый консул“ Зевта?» — припомнил рейкс. — «Валия хорошо разбирается в людях, нет оснований ему не верить. Его слова о том, что Зевта просто тупой, скорее всего, соответствуют действительности».
И тут он вспомнил о великане, о котором ходят легенды не меньше, чем о самом Эйрихе. О поедании младенцев — это бред, порождённый страхом, а вот то, что этот Альвомир всегда рядом с этим Эйрихом, ни с кем особо не разговаривает, кроме него, вечно такой будто не от мира сего — Валия как-то рассказывал, что сами остготы Эйриха почему-то уважают, но не боятся, зато боятся его гигантской тени.
— А что если…
— Для тебя будет важная задача, сестра моя, — Эйрих поднял взгляд на Эрелиеву. — Возглавишь сотню конных лучников, будешь прикрывать последний обоз от очень вероятного налёта визиготских всадников — всех мы не удержим, поэтому поручаю эту задачу тебе.
— Зачем вообще уходить? — вскинулась сестра. — Мы ведь можем дать бой!
— Сейчас это будет на невыгодных условиях, — покачал головой Эйрих. — Я задержу их, нанесу тяжёлые потери и догоню вас. Это для того, чтобы все могли уйти. И это не обсуждается. Но ты со мной не идёшь, потому что риск слишком велик и мать с отцом мне не простят.
Эрелиева поджала губу, развернулась и покинула дом.
Остготы спешно собрались, что заняло непозволительные два дня и две ночи, после чего отправились во Фракию, к родичам, что осели там больше тридцати зим назад. Они федераты Восточного императора, давали ему клятву, но они всё ещё остготы, поэтому примут родичей, о чём уже пошёл договариваться второй консул Балдвин — его вместе с отрядом воинов посадили на восточноримский дромон, заплатив за это пятьсот солидов чистым золотом. Так он окажется во Фракии быстрее и у него будет больше времени, чтобы договориться.
Из Деревни выходит предпоследний обоз, гружённый «нереализованными» крицами, полными свиного железа. А вот последний обоз, содержащий в себе всякие габаритные ценности, останется у Эйриха. Он использует его наиболее эффективным способом. Но сначала нужно встретить братьев по крови надлежащим образом…
Основное войско остготов, за последние пару дней увеличившееся в численности впятеро, благодаря вербовке в воины почти всего боеспособного мужского населения, ушло вместе с мирными жителями, а Эйрих остался, взяв под контроль легион.
