«Народ отрицает это и пытается всё изменить, каждый хочет куска от мира. И этому миру нужен иной человек, Диктатор, Император, у него много имён. Пускай сейчас смотрят на нас, как на животных, ведь нету других планов. Потому что мир расколется при любых действиях, нужна тонкая дипломатия». Командир Истребляющих воронов посмотрел на своих людей и крикнул:
– Мы их порвём!
Ударил со всей силы по столу, в глазах безумие, заметно, как его желание разгорается, как он начинает ставить себя выше остальных. Мир видит в них убийц, он видит себя сидящим на троне этого мира. Если война ведётся за это, почему же не рискнуть?
Василий думал: «Мы все умрём, так что стоит попробовать». Ангелина была вдохновлена той страстью, той эмоциональностью, которая текла из Голода. Она была рада, что он с ней, хоть и вспоминала, как хотела убить, как пилила. Оказалось, он думает обо всех, в общее дело вкладывается больше других, но считать цифры ему меньше всего нравится.
Мяснику казалось это глупостью, ведь он не мог понять, как можно править всем миром? Единственное, что ему нравилось, это убивать. И иногда подумывал вызвать на поединок Голода. Но справиться с таким соперником слишком тяжело, разве что останешься калекой. Нет, нельзя. Биологически он модифицирован сильней, чем кто-либо, его тело создано, чтобы убивать. Жанро Фон Вальяну нужен был злой русский мальчик, вырастил из него сурового боевого пса, напичкал инъекциями «Верламс». И всё ради одного – чтобы он был судным оружием. Мясник так и не мог понять, что же такого в Голоде. «Мы идём с вожделением за антихристом, который желает всего мира. Что же увидим в конце пути? Неужто мир умрёт? Почему он тот, кто даже не читал историю Истребляющих воронов?
Многие считают, что Мясник знает, что нужно делать, боль даст ответы на любые вопросы. Возможно, когда-нибудь в будущем мне позволят испытать тело Голода. Не я тут садист, а наш капитан, я просто оружие в его руках, как и другие люди. Верно? Нет, я нормальный».
В лагере два десятка бойцов готовились к отличной вылазке, в которой они хотели показать себя своему лидеру. Многие рассчитывали на повышение и любовь, которую мог проявить только такой человек, как их Голод. Он и сам тренировался, его тело – оружие, как и пистолет, автомат, пулемёт. Василий привёл бойцов в тренировочный зал, где в этот момент был командир.
– Вот смотрите, как только он схватит свой меч, каждый из вас может попытаться победить, советую наподдать всем вместе. Он вознаградит тех, кому удастся его хотя бы поранить. Его тело может залечивать порезы намного быстрей, по сравнению с любым другим бойцом. Многие из вас принимали инъекции и чувствовали прилив сил. Так вот, его делали, как машину для убийств.
Оружие летало вокруг Голода, он стрелял в манекены, умудрился уйти от встречных пуль. Пока всё шло довольно удачно, его тело было разогретым и сильным, он чувствовал каждый шорох, глаза видели траектории выстрелов. Откинул в разные стороны пистолеты, схватился за меч. Василий указал рукой на командира:
– Проявите себя, покажите, на что вы способны.
Бойцы понеслись, издавая сильный шум, они не заметили того, что их противник с закрытыми глазами. Он чувствовал каждый шаг, воздух рассекали удары, ещё и ещё.
Тело Голода уходило от нападения, он даже не пытался атаковать, что было странно. Насколько помнил Василий, командир всегда бил сам. «Что он делает?» На этот вопрос он не мог найти ответа. Подошёл Мясник:
– О, Голод отрабатывает новую технику?
Василий удивлённо посмотрел на офицера информаторов, крутя от удивления усы.
– Какую технику?
Мясник сказал, указывая на Голода:
– Присмотрись, брат, он с закрытыми глазами дерётся. Использует не ярость, а полное сосредоточение, зная, что, когда видит, впадает в безумие и может натворить ошибок, может погибнуть. Не забывай, что он лучший в этом деле, с ним могут сравниться только великие. Помнишь, он сражался с Николаем в той деревушке? Они не могли победить, и проиграть никто не хотел. Думаешь в них не стреляли? Я даже не знаю, можно ли их называть людьми, они машины, которые создаются для убийств. Единственное, он – живое чувствительное мясо, значит, боль выдаст все его тайны.
Василий шокированно посмотрел на Мясника.
– Так ты у нас, значит, умеешь говорить? Мне казалось, что ты только и можешь мычать да рвать, так вот почему ты офицер информаторов.
Мясник засмеялся и парировал:
– Бойцы постоянно смотрят в одну сторону, убийцы всегда были страстны, даже всеми любимый Тень. Ему было больно, что не нужен больше. Он чувствовал себя голосом для командира, но прошло время, а Голод не менялся. Разве что только в ту сторону, которая ему выгодна. Ему нужно было расшатать осиное гнездо, и видишь, к чему это привело. К тому, что враг всеми силами пытается стереть Голода. Хе-х, хорошо, что он у нас есть.
Мясник показал рукой на командира. По клинку у того текли маленькие капельки крови, тело было порезано в нескольких местах.
