– Он хочет захватить и обосноваться здесь, устроить продажу технологий и вместо великой войны устроить великую революцию. Думаю, что «Верламс» придётся запускать своего рыжего коня, страны начнут делать «пиф-паф», мы же заполучим множество информации из этого улья. Такие вещи лучше обсуждать с нашим командиром.
Лео посмотрел на Владимира и хлопнул его по плечу с улыбкой:
– Молодой воин считает, что сможет уничтожить великую имперскую компанию? Да, я с ним. Лучше умереть в битве, чем сидеть здесь и ковыряться пальцем в носу.
Владимир строго посмотрел на своего союзника, облизав губы:
– Я хотел избавиться только от Олега Орлова, ты прибился ко мне непонятно зачем, мне не нужны горы трупов. Вернуть уже ничего не смогу, месть за использование моих людей.
Кулаки сжались, он посмотрел на разведчиков.
– Сколько людей у Голода?
Разведчики рассказали о количестве бойцов, что тот никого не держит и, если они захотят уйти, отказаться от союза, так и будет. Сказали, что Голоду нужна планировка базы, он должен представлять, какая она, сколько людей вмещает.
Прошло пару суток, Лео и Владимир одобрили временный союз, командир Свободных волков согласился присоединиться к Истребляющим воронам, если только они победят.
***
Ангелина гуляла по Парижу и была одна из тех девиц, которые привлекают множество взглядов мужчин. Рядом с ней шёл высокий пятидесятилетний мужчина, время от времени поправляя очки. Вокруг них было ещё четыре бойца в кожаных байкерских куртках, с пистолетами.
Девушка знала, что она под хорошей защитой, она верила в то, что Голод выполнит то, что хотел. После этого встретит её, прижмёт к своему крепкому телу, посмотрит в глаза, поцелует. Прикусив слегка губу от мечтаний, она обратилась к Доку:
– Можно ли узнать, как вас на самом деле зовут и настоящее имя нашего командира? Кузнец тоже употребляет только прозвище. Почему?
Доктор с интересом осматривался по сторонам, услышав вопрос девушки, улыбнулся.
– Каждый из нас когда-то имел своё имя. За долгое время службы Истребляющим воронам я привык, что меня называют Док. Кузнец тоже. Ему самое важное – это выковать новое супероружие или сделать броню, чтобы побеждать в каждой новой войне.
Замолчав на секунду, мужчина скривил лицо от воспоминаний.
– Голод – это самое тяжёлое. Когда он молодым парнем прибился к нам, как банный лист, тяжело вспоминать, каким был наш командир. Жанро сделал из него собаку и просто отличного убийцу. Ты, наверно, не знаешь, у нас было испытание для новеньких, так как среди нас должны быть лучшие. Неделю человек находился практически в полной темноте, ему давали только горящую свечу, ну, и запасные. Еды – на целую неделю должно хватить, проблема в том, что, как правило, на последние дни её оставалось совсем мало или вообще не оставалось, также на столе была вода.
Док посмотрел на рыжие волосы девушки, слабый ветерок развевал её локоны, и казалось, что это демон искушений. Усмехнувшись, он продолжил рассказ.
– Голод это испытание назвал «голодайкой», он его прошёл. Самое жестокое – в конце недели запускают туда человека, который должен вбить испытуемого в грязь. Жанро просто чувствовал, кто способен на такую работу. Так вот, заходит боец и никак не может поймать ослабленного собрата. Наш командир успел затушить свечу, привыкнуть к темноте. Через минуту Голод выходит из подвала, в его глазах – огонь безумия. Мне казалось тогда, что он действительно сумасшедший, всякое ведь может произойти. Так ещё и зубы у него все в крови, тот боец вышел с оторванным ухом, горло перегрызено. Понимаешь, нашего командира так просто не убить.
Говорил он это вдохновенно, глаза направлены к серым небесам Парижа, где-то здесь всё и начиналось. Ангелина не перебивал своего собеседника, ей хотелось узнать всю историю из первых рук. Мало кто знает того, кто привёл их к господству, они взлетели, и было страшно упасть. Она должна жить ради детей, ради своего любимого.
– Извини, задумался. Так вот, пока приводили Голода в чувство, мне пришлось его допрашивать. Он спокойно рассказал, что сбежал из дома, промышлял воровством, разбоем. Чуть не оказался в тюрьме, и пришлось сбежать из своей любимой страны. Россия породила, так сказать, такого мерзавца.
Месяц где-то пытался добиться от него имени, он наотрез отказался говорить. Ни паспорта, ничего нету, ну, люди наши прозвали его Голод, так он и назывался, думаю, ещё до нашей первой встречи. Жанро Фон Вальян наблюдал за ним, так как парень был импульсивный, ему хотелось драться и убивать, пить вино, драть женщин, ну, и всё такое. Его навыки улучшались, после чего именно мне пришлось вкалывать те вакцины.
Док посмотрел на растерянную Ангелину.
