Это убивало меня, но это было так прекрасно.
Галактическая туманность.
Я находилась внутри галактической туманности.
Эти поразительно бесчисленные звёзды кружили вокруг меня, вращались вместе с моими вытянутыми конечностями. Мой разум помутился от страха. Это я вращалась в лишённом кислорода небе, и тошнота скручивала моё нутро, пока я пыталась дышать, кричать.
Последовала вспышка…
…и я оказалась в другом месте.
Я ахнула, глядя на токсичное болото.
Небо было коричневым и красным, бескрайним, с чёрными облаками.
Я посмотрела с долины вверх на крутые горы, окружённые почерневшими деревьями. Плесень покрывала стволы. Я видела ящерицу размером крупнее собаки; она ползла и извивалась по земле. Она посмотрела на меня одним выпученным глазом.
Последовала очередная вспышка…
…я оказалась в пустыне.
Поразительно белый песок взмётывался в воздух вокруг меня подобно снегу. Водовороты закручивались в мини-циклоны. Дюны простирались так далеко, как могли видеть мои глаза. Я услышала пронзительный крик. На кристальную белизну упала тень. Я посмотрела вверх и увидела животное, похожее на жемчужно-белую летучую мышь, кружившую над головой.
Последовала очередная вспышка…
…я оказалась в другом месте.
Затем ещё где-то.
Я помнила это.
Пусть в то время я не унесла эти воспоминания с собой, теперь я вспомнила, и мой разум отреагировал тем же тупым и бездумным ужасом, что и тогда. Каким-то образом меня отбросило назад во времени, и мне пришлось переживать то, какими вещи были в начале, когда я только начала совершать межпространственные прыжки.
В самом начале я ничего не контролировала.
И сейчас я определённо была не у руля.
Я стояла в долине, смотрела на смутно знакомые горы, видя, как вулканическая лава неумолимо стекала по скалистым, чёрным, дымящимся склонам. Абсолютно чёрный дым валил из кратера сверху. Густой газ переполнил воздух, и я едва могла дышать. Это лучше вакуума в космосе. Это лучше, чем быть сожранной гигантской белой летучей мышью. Я чувствовала, что моё тело согревается, начинает оттаивать. Мои лёгкие получали достаточно кислорода, чтобы выживать, но голова раскалывалась, я едва могла думать…
…очередная вспышка, и я оказалась на улице города.
Я стояла там голой, пока люди шли мимо.
Они таращились на меня.
Их призрачно бледные лица светились под флуоресцентными фонарями, их тела покрывались чёрным материалом от шеи до самых ступней.
Я посмотрела вверх, хватая ртом дым и пахнущий химикатами воздух.
Здания поднимались так высоко, что казалось, будто в небе их верхушки встречаются.
Я здесь не в безопасности.
Я не чувствовала себя в безопасности.
Даже сейчас люди останавливались, чтобы уставиться на меня.
Я видела, как их губы шевелятся. Я слышала, как голоса бормочут в гарнитуры, пощёлкивая и цокая, пока они смотрели на меня широко раскрытыми слишком светлыми глазами.
Они докладывали обо мне.
Обо мне докладывали властям.
Моё существование здесь не было нормой.
Я не была авторизована…
…очередная вспышка закинула меня куда-то ещё.
Я потеряла счет лицам, пейзажам.
Я понятия не имела, как долго прыгала из мира в мир, из одного временного периода в другой, из измерения в измерение.
Это продолжалось до тех пор, пока я не почувствовала тошноту, пока не захотела закричать…
И тут резко, без предупреждения…
Это прекратилось.
Мне потребовалось несколько минут, чтобы осознать — это прекратилось.
Я осознала, что лежу на чём-то мягком, тяжело дыша.
Я лежала там в состоянии шока. Смятение, ужас, полное отсутствие понимания заставили меня просто лежать там, не шевелясь, если не считать прерывистых вдохов. Я не знаю, как долго я там пробыла. Я вспотела, меня тошнило. В какой-то момент я сообразила, что я на кровати.
Затем я осознала, что это за кровать.
Через какое-то время после этого я попыталась встать.
Я подползла к краю кровати.
Я сумела сползти на пол, грузно упав.
Я больно ударилась, приземлившись на пол, но удержалась и не ударилась головой о пол.
Ещё какое-то время я лежала, тяжело дыша.
Затем я поднялась на четвереньки и поползла по ковру.
Я добралась до ванной прежде, чем меня стошнило в первый раз.
Меня стошнило на кафельный пол.
Затем меня стошнило в унитаз.
Меня стошнило в раковину.
Меня снова стошнило в унитаз.
Думаю, в ванной я пробыла довольно долго.
Я заползла в душевую кабину, сумела включить воду.
Это помогло.
Горячая вода помогла. Возможно, я даже задремала, сидя на белом кафеле в углу стеклянной душевой кабины.
В итоге я смогла выключить воду.
Поднявшись на ноги, я едва не рухнула обратно.
Я открыла дверь душевой кабины. Я схватилась за край стенки, затем оттолкнулась и швырнула своё тело в сторону двери, ведущей в спальню. Сначала я налетела на шкафчик в ванной. Моё тело снова содрогнулось в рвотных позывах, но в желудке уже ничего не осталось. Когда тошнота прошла, я открыла кран в раковине.
Я смыла свою рвоту.
Затем стала пить из крана.
Я пила и пила.
Часть выпитого я выблевала обратно.
Попила ещё.
К тому времени я почти могла думать.
Я не имела никакого представления о том, сколько времени прошло.
Опираясь на стены и пошатываясь, я затащила себя обратно в спальню.
