Боится! Скажет тоже, командир Талеран, и боится! Нет, он, конечно, отвечает за жизнь и здоровье сотрудников, но бояться? Тапайра фыркнула. Две молоденькие работницы интендантской службы, шедшие навстречу и о чём-то увлечённо беседующие, дружно шарахнулись в стороны. Этим можно поверить, они её испугались, но чтобы боялись за неё, к такому Тапайра не привыкла.
Утром им представили троих новичков – все тёмные маги. Двое четвёртой и один – пятой категории. Тайпа давно знала, что её уровень среди тёмных большая редкость, и вот – лишнее подтверждение. Было объявлено, что скоро рейды в катакомбы возобновятся. Пока же всех тех, кто пойдёт в катакомбы, обязали пройти ускоренный курс магической целительской помощи. С раннего утра и до позднего вечера изучали и вспоминали магические исцеляющие заклинания и плетения. Бывало, и словом переброситься со своими светлыми сослуживцами не получалось. У тех работы тоже прибавилось: нечисть всё активнее лезла в город. А ведь риск того, что светлая магия иссякнет, с каждым днём возрастал.
Прибыли ещё несколько тёмных магов, в их числе отец и брат Фолка. Их всех также направили на обучение. К этому времени первая группа была готова.
Интересно, кого же назначат командиром? По правилам – сильнейшего, но у Тайпы ещё недостаточно опыта.
На вечерней разнарядке Талеран-один объявил, что возглавит отряд сам.
Как сам?! Только сейчас Тапайра поняла, что значит бояться за другого человека. Бояться до ужаса. До онемения лица и кончиков пальцев.
– Да ты в своём уме?! Да как такое только в голову могло прийти?! Все только и говорят о том, что светлая магия при прорыве может заглохнуть, и... – Тапайра, оглушённая повисшей тишиной, резко остановилась. Это что, она при всех кричала на командира?
Выгонят. Взашей и с треском. И правильно сделают.
– Я. В своём. Уме, – чётко разделяя слова, проговорил Даркен. – Повторяю: завтра с утра отправляемся в катакомбы. Даркен Талеран – командир отряда. Двойки – Дерис Фолк и Грувер, Эйкер и Класт. Гудиеро – свободный номер. Чинжер остаётся на дежурство по городу. Есть вопросы и претензии по формированию? – и смотрит своими глазищами только на Тайпу. Ждёт претензий? Так высказалась уже. Да так высказалась, что ребята до сих пор в шоке притихли.
Дальше последовало обсуждения снаряжения, порядка и маршрута следования. Тапайра молчала. Стыдилась своего выступления? И это тоже. Но молчала она по другой причине. Бесстрашная Тайпа поняла, что такое страх. Страх за человека, который тебе дорог. Пусть у них не получится быть вместе, но пусть он будет! Пусть не рядом, пусть выгонит её после того, как всё наладится. И правильно сделает. Но пусть он будет!
Как в тумане отсидела окончание собрания. Дождалась, пока выйдет командир.
С удивлением посмотрела на пыль, которая осталась от самописки, крепко сжимаемой в руках. Заметила сочувствующий взгляд Тигорена. Сейчас ещё жалеть и успокаивать начнут. Резко поднялась и вышла. Почему так? Опасность грозит командиру, а жалеют её. Парт, вот кто всегда выслушает и поймёт. Зашла в приёмную, которую дэн Йоргес оккупировал окончательно.
– Я понимаю...
И с кем он разговаривает? Вроде бы часы неприёмные. Огляделась. Только сейчас заметила Даркена Талерана, стоявшего в дверях, соединяющих его кабинет и приёмную, где обосновался Парт. Даже пожаловаться не дадут!
– Извините, я не знала, что вы тут. Я думала... Я пойду. Извините! – совсем запуталась в словах.
Нужно бы развернуться и выйти, но силы вдруг покинули. Ещё и слёзы защипали глаза. Да, злые, но это всё равно слёзы!
Что-то сказал Парт. Что? Не расслышала. Дэн Йоргес меж тем поднялся и вышел. Надо бы тоже выйти. Что ей тут делать? Ждать, пока Даркен подойдёт, поднимет руку и осторожно коснётся щеки, убирая невесть откуда взявшуюся влагу? И не плачет она вовсе! Вот, пусть смотрит прямо в глаза. Не плачет! Зачем так низко склоняет лицо? Надо бы спросить. Поздно. Губы припали к губам.
Откройся прорыв прямо здесь и сейчас, Тапайра бы не заметила. Она горела. Действие светлой магии? Не иначе. Ну и пусть! Нет ничего лучше, чем гореть в этом огне. Одно мгновение или миллионы лет? Какая разница. Это так мало. И так много. У неё был этот поцелуй, и память о нём уже никто не отнимет.
– Я тоже за тебя боюсь, – совсем тихо признался Даркен.
– Командиру не положено бояться.
– А я боюсь! Боюсь так, как никогда не боялся.
Что тут скажешь. Теперь и Тапайра знает, что такое страх. Также она знает, что упрашивать остаться бесполезно. Если только немного поторговаться.
– И без меня никуда!
– Так точно! – а сам улыбается. Правда, улыбка вышла кривоватой и грустной.
Что-то совсем не запомнила, какие у него губы, не до того было. Так хочется прикоснуться и проверить. Мягкие или показалось? Осторожно подняла руку. Прикоснулась. Мягкие. Поцеловал пальчик. А мог бы... сам догадался. Впился в губы, как будто от этого зависела его жизнь. Или её. А может, общая? Некогда размышлять. Да и незачем. Есть он, есть она, и есть этот момент.
– Тайпа, что же ты делаешь? Я ведь не удержусь!
