— Меня попросили о помощи, и я могу тебе помочь, но для того чтобы я могла свободно пользоваться силой, я должна была открыться тебе и получить твоё согласие. Действовать во благо против воли бесполезно! — спокойно продолжила она, хотя это стоило ей большого труда, особенно когда он вспомнил о поруганной чести.
— Кто … попросил? — Орланд с силой сжал кулаки.
Мариэль молчала, ей стала страшно за Зуса, стало жаль бедного старика, на которого могла упасть хозяйская кара. В таком состоянии Орланд мог запросто сорвать всё своё зло на несчастного слугу и покалечить его. Орланд вскочил, сдернул с неё накидку на пол, схватил за плечи и с силой встряхнул:
— Я задал тебе вопрос!!! Ведь я не просил тебя о помощи! Тогда кто!? — закричал он ей в лицо.
«Если попробую опять соврать — спасу Зуса. Прости меня, Ио» — мелькнуло у неё в голове.
— Я ездила к хатам. Они не умеют говорить, но как ты сказал, мысли читают, даже на расстоянии. Их провидица, которая меня многому научила, попросила помочь тебе.
— Провидица? Какое ей дело до меня? — недоверчиво хмыкнул Орланд.
Мариэль лихорадочно соображала. Врать складно она не умела, и придумать правдоподобную историю для Орланда было дурацкой затеей.
— Зато ей есть дело до их соседей — охийцев. Она получила видение и сказала, что ты …, что ты сыграешь важную роль в жизни Охии и многие законы изменяться в лучшую сторону и поэтому ты должен жить, — попыталась она придать своим словам убедительность.
Он повернул её лицо к свету факела и внимательно посмотрел ей в глаза.
— Ты врешь! Это у тебя на лице написано! …Это Зус, верно? — догадливо сощурив глаза, протянул он.
Мариэль испугано схватила его за руки и умоляюще произнесла:
— Прошу, тебя! Ради всего святого, не причини ему вреда! Ведь он единственный, кто любит тебя и желает тебе лишь добра.
Орланд резко отдернул руки, прошипев с ненавистью:
— Я сам знаю, как разобраться со слугой! Он предал меня! Мне не нужна твоя жалость! Мне не нужна ваша помощь! Даже если я буду умирать, твоя помощь мне не нужна! — и с этими словами он словно в помешательстве выскочил из беседки.
Мариэль не сомневалась, что он пошел разыскивать Зуса.
«Клянусь, я хотела как лучше, я даже хотела помочь тебе» — растерянно подумала она.
«А ты не сдавайся! Это не он — это проклятье» — вдруг услышала она мысленный ответ Ио. Она связалась с ней даже на таком расстоянии. И Мариэль ощутила, что старая знахарка поддерживает её. Почему-то Ио очень хотела, чтобы она не бросала седьмого лорда наедине с его бедой.
«Да, ты права. Я ещё попытаюсь» — так же мысленно ответила ей Мариэль.
Она побежала в сторону замка. Нигде не было видно ни Орланда, ни Зуса, хотя она заглядывала в каждый уголок, начиная с помещений для слуг и заканчивая комнатами для гостей. Выбившись из сил от своих безрезультативных поисков, она спустилась в банкетный зал. Здесь их тоже не было, но зато она снова натолкнулась на Нила.
— Хорошо, что я тебя увидела Нил! Мне нужно поговорить с тобой, но не здесь. Пойдем, ты проводишь меня к моей комнате. По правде говоря, если меня кто-нибудь не проводит — от усталости я свалюсь где-нибудь в коридоре, — и Мариэль виновато улыбнулась, ожидая не очень приятного разговора с бедным Нилом, который так искренне заявил ей о своей симпатии.
Молодой человек с радостью согласился и предложил ей свою руку для опоры. Нил всю дорогу пытался рассмешить её историями о свадьбах, вспоминая то один, то другой курьёзный случай, пока Мариэль не остановилась возле двери своих временных апартаментов. Темный коридор освещало только два факела, ей трудно было рассмотреть выражение лица Нила, и тем не менее она решительно заговорила:
— Нил, здесь нас никто не видит, и я хочу вернуть тебе твой подарок. Понимаешь, Орланд он всё узнал и страшно разозлился. Он требует, чтобы подарок был возвращен, иначе пострадает его гордость и честь седьмого лорда, а ещё он грозился расправой. Прости, но видимо, так для всех будет даже лучше, — она протянула ему браслет.
Нил взял её руку в свою.
— Не надо, Мариэль, не расстраивайся. Я понимаю. Глупо было дарить его у всех на виду, но это ничего не меняет. Есть у тебя мой подарок или нет, ты всё равно мне очень нравишься. Я бы отдал всё золото Охии — лишь бы ты была моей невестой, а не Орланда. — И юноша прикоснулся кончиками пальцев к её губам.
И тут прямо над ними в воздухе громко щёлкнул кнут, мгновенно обвив и отдернув руку Нила. Мариэль вскрикнула от неожиданности и отскочила в сторону, а Нил, выхватив кинжал, вглядывался в лицо обидчика.
— Убирайся, Нил! — приказал ему хриплый голос из темноты. — Это уже переходит все границы!
Темный силуэт приблизился. Такой чужой, изменившийся до неузнаваемости голос, принадлежал …Орланду. У Мариэль по спине когтистыми лапками снова побежал холод, и больше всего ей сейчас захотелось малодушно исчезнуть за дверью. Нил застыл в нерешительности, а затем произнес тоном полным негодования:
— Это ты видимо не заметил, как перешагнул дозволенное, но эта девушка тебе ещё не принадлежит, она тебе не жена, чтобы вести себя подобным образом!
