Всё происходило именно так, как придумала Мариэль. Она в любую погоду гуляла в саду, Зейна носилась с корзиной одного и того же белья, а Манис без толку носил сёдла с места на место и по очереди выводил на прогулку лошадей. Больше всего развлекались Пако и Джи, придумывая, новые оскорбления в адрес друг друга.
На шестой день, утром, Мариэль собрала в сумку свои травы и бальзамы, положила её в корзину Зейны и прикрыла бельём.
— А теперь самое главное! — обратилась она к собравшимся слугам. — Мне нужно уехать на два дня. Когда меня не будет, если солдаты спросят, скажите, что я хвораю. Манис, принеси моё седло, но не в дом, а в лес. Туда же отведи Стрелу и оседлай её, солдаты привыкли видеть тебя с лошадьми. Но чтобы их отвлечь, Пако и Джи — вы должны устроить драку друг с другом прямо на глазах у солдат. Тогда они не заметят исчезновения Стрелы. Зейна, а ты надевай мою накидку и ступай вместо меня гулять в сад, да капюшон посильнее надвинь на лицо. А я надену твою одежду, возьму корзину и пойду в лес, где меня будет ждать моя лошадь. Да помогут нам небеса!
Слуги постарались на славу! Солдаты так потешались над Пако и Джи, что даже не заметили хитрых передвижений Маниса и Мариэль. Прикрепив сумку к седлу, Мариэль помчалась в сторону замка седьмого лорда, который носил такое странное название — Ихтар. Нужно было спешить. Солнце только взошло, а когда оно будет клониться к закату, Орланд начнет снова испытывать страшные муки, а она хотела успеть предотвратить их, тем самым не отказав в помощи его старому слуге и сохранить свою силу.
Девушка почти загнала Стрелу. Взмыленная лошадь с пеной на морде остановилась у ворот огромного замка. Мариэль конечно же сомневалась, что ей удастся достучаться до здравой логики Орланда, но всё равно постучала в ворота. Смотровое окошко в воротах со скрипом открылось.
— Чего вам? — спросил грубый голос.
— Мне нужен Зус или лорд Орланд. Скажите, что их спрашивает Мариэль.
В скором времени ворота отворились. Зус нетерпеливо ждал её на пороге.
— Я и не надеялся, что вы придете, госпожа! Лорд Орланд отправил к вам стражу.
— Просто, лорд Орланд меня плохо знает! А где он?
— В это время мы отправляем прислугу из замка. Он спускается в подземелье, оттуда есть тайный лаз в лес. Там в подземелье он и страдает, пока не превратится. Мне туда заходить не велено, я могу только подойти и послушать под дверью, что там происходит.
— Послушай, Зус, я тогда должна была ему сказать. Он тебе ничего не сделал? — её голос звучал с искренним сочувствием, девушка внимательно осматривала щуплого и ещё более сжавшегося охийца.
— Ну что вы, я, конечно, всё понимаю, я вынесу, — такое заботливое внимание к его скромной персоне смутило его. — Хозяин ещё очень зол на меня. В тот вечер в Грехоне он страшно кричал, первый раз ударил меня хлыстом, но больше не трогал. Только молчит всё время.
— Ведь без его согласия я не смогу ему помочь. Пойдём туда, попытаемся если не убедить, то хотя бы вынудим его признать свои муки.
Зус и Мариэль спустились в глубокое сырое подземелье, веющее жутью и мраком. Огромная кованая дверь пропускала наружу пробирающие, страшные, нечеловеческие стоны Орланда.
— Тебе придется зайти к нему и поговорить с ним ещё раз, Зус. Может сегодня он передумает. Может, терзаемый болью Орланд признает, что ему не обойтись без помощи, давай, у нес немного времени.
Дрожащей рукой, Зус достал ключ и отпер дверь. В небольшую щель Мариэль наблюдала за происходящим. Орланд лежал на полу полуголый. Его тело сводило и корчило ужасными судорогами, заставляло выгибаться дугой, временами он кричал от боли, скребя под собой пол скрюченными пальцами.
— Мой господин, ваши муки — они ужасны! Я так хотел помочь вам облегчить их! Почему вы отказались от помощи Мариэль? — мягко проговорил Зус, приближаясь к нему мелкими осторожными шажками.
Орланд продолжая стонать, с трудом ответил:
— Мне … никто … не поможет … Зус. …Убирайся.
— Она бы могла. Теперь вы бы согласились? Терпя такую боль, согласились бы?
— Тебе признаюсь, …что согласился бы сейчас …на что угодно, лишь бы это прекратилось. …Но ей я этого ни за что не скажу. …Уходи, Зус!
Старый слуга, по сигналу девушки тихо вышел, закрыв за Мариэль дверь, и остался слушать снаружи. Орланд продолжал лежать лицом вниз, видимо надеясь, что его наконец оставили. Когда же он снова застонал, Мариэль бесшумно поставила сумку и достала маленькую бутылочку с приготовленным зельем. Она на цыпочках подошла к нему и села на пол возле его изголовья. Орланд резко перевернулся, даже сквозь муки на его лице было видно, что он оторопел.
— А мне ничего и не надо говорить, Орланд. Я всё равно пришла, — сказала Мариэль, глядя в его немигающие глаза. — Не противься, я слышала ты согласен, позволь мне помочь. Это не жалость, не думай! Я до сих пор тебя терпеть не могу, но каждый должен заниматься своим делом. Я хочу помогать людям и тебе хочу помочь … очень.
