Мариэль познакомилась с таким количеством людей в Дивах за месяцы её пребывания здесь — ровно с таким, с каким она была знакома за все свои двадцать лет. Общительный Джон здесь был как в своей тарелке. Кажется, он уже нашел свое место в этом мире. Это место было — Дивы. Она никогда не видела его таким счастливым как в последнее время. Конечно, главная причина этого была Вуа, у них с Джоном вспыхнула и сложилась своя история любви. Об этом брат сдержано молчал, зато Мариэль многое узнала от искренней и открытой Вуа. Вообще отношения между Вуа и её братом являлись большим исключением для самих дивийцев, да и для других народов населяющих этот мир тоже, то, что двое абсолютно разных по культуре и национальности молодых людей сошлись друг с другом. Очень редко соединялись такие пары в этом мире. Дивийцы, как водится, находили свою пару в Дивах, охийцы в Охии, элийцы в Элии и так далее — это был древний обычай и немного находилось смельчаков, которые шли наперекор сложившимся устоям. Джон проявил завидную напористость и выдержку, чтобы стать одним из них. Видимо её добрый, славный и очаровательный брат пришелся по душе загадочным дивийцам и вот теперь они с Вуа довольно интересная пара. Мариэль искренне радовалась за них. Джон замечал на себе её изучающие взгляды.
— Почему ты меня так рассматриваешь? А? Что ещё закралось в твою милую головку?
— Милую головку? Любовь сделала тебя таким поэтичным, Джон! Вот смотрю на тебя и удивляюсь. Ты так возмужал, стал полностью взрослым и серьёзным мужчиной, и счастье так и прёт из тебя, — засмеялась Мариэль.
— А чему мне грустить! Всё что нужно для счастья у меня есть. Чудесная страна, милые люди, родная сестра со мной и любимая девушка.
— Я так понимаю, в Охию ты возвращаться не собираешься? — слегка насторожившись, спросила Мариэль.
— Я? Пока не собираюсь. А ты уже соскучиться успела? — Джон отложил в сторону свиток пергамента и внимательно посмотрел на сестру.
— Ну, как тебе сказать. …Прокатимся на лошадях? Что-то Гром сегодня беспокойно ржет, — ответила Мариэль, опуская глаза.
— Ладно, только я не очень люблю кататься по утрам, но что не сделаешь ради любимой младшей сестры лишь бы она чаще улыбалась!
При её появлении конь жалобно заржал и стал рваться с привязи. Джон отвязал его, успокаивающе потрепал по холке. Но Гром, почувствовав свободу, резко рванул поводья и, вырвавшись, стремглав помчался прочь.
— Мариэль, твой конь сошел с ума! Где я буду теперь его искать?!! — раздосадовано воскликнул Джон, обернувшись к сестре и испугался, выронив плеть.
Она стояла вся белая как снег, одну руку прижимая к сердцу, а другой, собирая капающую из носа кровь.
— Мариэль! — Джон подхватил её на руки и занес в дом. — Вуа!! — заорал он, — Лекаря, скорей позови лекаря!
— Не надо лекаря, — застонала Мариэль. — Сейчас пройдет. …Такая боль разлилась по всему телу, а сердце просто рвётся на части. О господи, как мне плохо!
— Вуа не слушай её, срочно позови кого-нибудь на помощь!
— Стойте! — Мариэль с трудом поднялась на ноги. — Вы же ничего не понимаете! Какая же я дура! Сама виновата! Сейчас мне никто не поможет! Никто! О-о-о-о!
— Да, мы ничего не понимаем и это меня очень пугает! — нервничая, ответил Джон, пытаясь снова уложить её.
— Он … умирает, … умирает … и я это чувствую … жизнь моя остановится вместе с его сердцем, … конь это почувствовал … беду … он помчался в Охию. Очень печёт в груди! — она упала и зарыдала.
— Мариэль … кто умирает? — Джон смотрел на сестру расширившимися от ужаса глазами.
Но она лишь бессвязно причитала, а потом вдруг неожиданно резко поднялась и принялась ходить взад вперед перед испуганными Вуа и Джоном.
— Вот почему он был таким со мной, вот почему отдал мне своего коня и отпустил в Дивы, — шептала Мариэль. — Он хотел защитить меня от своего проклятья. А это значит … это значит, что на самом деле он … любит меня! Почему?!! Ну почему я ничего не поняла сразу. Теперь я не успею ему помочь! О, господи, я так далеко от него! Джон, ох Джон! Зачем ты привез меня сюда?!!
Мариэль, наконец, присела и слёзы крупными каплями покатились у неё из глаз.
— Орланд … любит меня, а я, … кажется, тоже его … люблю. Очень люблю. Я не смогу без него! Так не должно быть, он не может умереть!!! — она сжала кулаки и застонала как раненый зверь. — Вуа! Сегодня должно быть полнолуние? — повернулась она в сторону растерянной от непонимания дивийки.
— Да, сегодня ночью. Почему ты так плачешь? — пролепетала Вуа.
— Долго объяснять, да и нельзя вам знать всего. Сегодня ночью умрет Орланд. И он не просто был объявлен моим женихом, если перейти на наше мировосприятие — он был моим парнем, он …и я…, в общем, чтобы помочь ему я должна сейчас быть в Охии, а до неё несколько недель пути, а после того как он покинет этот мир, за ним уйдут все те, кого он любил. Боже, как я могла так поступить!!? Он так умело всё скрывал. Джон, я так несчастна оттого, что беспомощна здесь!!! — изменившимся голосом проговорила Мариэль, обрушив на брата не воспринимаемую им информацию. Слушая её, он пораженно качал головой:
