Опечаленный бесполезной тратой дорогого бухла Эмильен задумался ненадолго, потом куда-то ушел и вернулся в компании Этьена и Хосе. У них с собой, что называется, было. Лихо опрокинув первую стопку, я с изумлением осознал, что бесцветная жидкость, огнем обжегшая пищевод – чистый спирт. Знаю, чистого не бывает. Но уж девяносто шесть процентов точно.
– Классику читаем, значит, – откашлявшись, хмыкнул я, неосознанно перейдя на русский. – Интересно, кто из вас под Воланда косит?..
Недоуменные взгляды собутыльников я проигнорировал и фразу переводить не стал, просто кивнул, едва не вписавшись лбом в столешницу – убойная доза крепчайшего пойла подействовала не в пример коньяку. Хосе, впрочем, меня прекрасно понял и налил очередную порцию. Сами же они налегали на текилу – видимо, отдавая дань корням нашего штатного пилота. Дальше дело пошло веселее, и через некоторое время я поймал себя на мысли, что заплетающимся языком рассуждаю о высоком, то бишь о политике:
– Вы, п-парни, н-не правы… Все в жизни идет по кругу, в том, ик, числе и развитие государств. Цикличность истории, мать ее! Взять те же Дикие, ик, земли. Не везде такая задница, как в А… Африке. Не спорь, Эмиль! Та же Северная Америка, к примеру… США и Канада. Там ведь совсем неплохо, даже по современным меркам. Ну, раздробились они на более, ик, мелкие субъекты, и что? Избавились от роли всемирного жандарма, прекратили вбухивать средства в наведение демократии в странах третьего мира, и что в результате? Живут сами по себе, сами для себя. Деньги у них крутятся вполне, ик, приличные. Нью-Вегас тот же, и другие свободные экономические территории… А Южная Конфедерация? А Средний Запад? Копят силы, восстанавливают экономику, потихоньку влияние растет. Еще лет пятьдесят-семьдесят, и, помяните мое слово, снова объединятся и станут мировой державой. Хотя, согласен, до остальной Пятерки не дорастут – ближние колонии давно разделены, поэтому придется америкосам искать новые земли. Глядишь, очередная волна, ик, космической, мать ее, экспансии начнется. И выйдет история на новый виток. А мы, нынешние лидеры, уйдем на задний план. Потому что не развиваемся. Потому что потрясений нет. Не воевали давно, опять же… Ик!
– Ну, ты, братан, и договорился! – восхищенно прищурился в ответ на эту сентенцию Хосе. – Не хватало нам еще очередной бойни.
– Именно что не хватает, – с трудом удерживая нить разговора, выдал я. – Хорошая встряска, ик! Чтобы вся нечисть из нор повылезала, да и повывели бы ее всю. Под корень, м-мать!..
– Тише, парень, тише! – Хосе легко увернулся от моего неловкого выпада и отодвинул подальше от меня стакан. – Давай лучше выпьем…
Дальнейшее вспоминалось урывками. Вроде бы вскоре Хосе с Этьеном ушли, вместо них подошел кто-то еще, не помню, только белые бесформенные пятна лиц, пара походов в санузел, неуклюжая попытка пойти набить морду чертову маньяку Пьеру, на корню пресеченная бдительным Эмильеном, потом дело все-таки дошло до драки, я беспорядочно махал кулаками и даже пытался кого-то достать ногой, но вместо этого позорно грохнулся на пол, окончательно потеряв связь с реальностью. Потом… Да, вроде бы Женя меня куда-то вела. Нет, сначала успокаивала, потом чуть ли не на себе тащила. А потом я рухнул на что-то мягкое, и сознание отключилось…
Чтобы почти сразу же вернуться опять. Вместе, что характерно, с диким приступом головной боли. И сушняк, такой сушняк, что, казалось, выпью ведро воды, если дадут, конечно… Черт, как хреново-то!
Медленно, стараясь не делать резких движений, я приложил руку ко лбу. Чуть полегчало, и я смог наконец-то открыть глаза. Первым делом скосил взгляд на табло – точно, утро. Значит, сколько-то я все же проспал. Но явно недостаточно, судя по состоянию организма. Ч-черт! Перед чистым спиртом любой антиалкогольный тренинг пасовал. Знали, чем меня пронять, стервецы. Интересно, где я?
Идиот. У себя в каюте, где же еще. А как сюда попал? Кто-то привел? Кто? Ну-ка, посмотрим… Голова на попытку оторваться от подушки отозвалась очередной волной боли, но я ее превозмог, правда, потом довольно долго пришлось фокусировать взгляд, упершийся в нечеткую фигуру в кресле. Которое, надо сказать, раньше в кабинете обитало. И нафига его в спальню тащить было? Блин, не о том думаю… Примерно через минуту я перестал таращиться на посапывающую девушку – до меня, наконец, дошло:
– Женька? Ты что тут?.. А, м-мать!..
С тошнотой я все же справился, но вот сил не осталось, и я снова рухнул на кровать.
– А?! Босс?.. – встрепенулась Евгения, и я отчетливо представил, как она сейчас моргает, пытаясь прогнать сонную одурь. – Вы проснулись?
– Скорее нет, чем да!.. – простонал я, даже не пытаясь больше пошевелиться. – Ты чего здесь делаешь? Зар-раза!
– А?
– Башка трещит, не обращай внимания… Лучше попить чего-нибудь дай.
– А чего это вы так набрались?
– А чего это ты в моей спальне делаешь? Ой, мля-а-а-а… Дай уже попить!
– Чай, кофе?
Блин, вот только кофе мне сейчас и не хватало! Чего же она дура такая?! Или притворяется?
– Пива тащи!
