Когда мне и это надоело, я отправил капитану запрос на активацию сканеров. Дражайший шеф, против ожидания, противиться не стал, и я врубил систему наблюдения. В оптическом диапазоне, понятно, кроме неясной точки ничего различить не удалось, а вот обработка хреновой тучи отраженных волн – не спрашивайте, каких, я не физик – позволила локализовать местоположение объекта и его приблизительный размер: почти сорок километров в длину и чуть больше двух десятков в поперечнике. Масштабы впечатляли – нехилый такой планетоид. Конечно, в Федерации и покрупнее рукотворные объекты в космосе можно отыскать при желании, но был один нюанс – все они не предназначались для перемещения в пространстве. А Ковчег, судя по всему, самый настоящий корабль. Даже мне, профану, было ясно, что энергозатраты на разгон такой дуры должны быть попросту неприемлемыми. По крайней мере, с доступными человечеству технологиями. Однако перед Первыми, такое впечатление, вопрос энергоресурсов просто не стоял. Как там Олег говорил – База на Находке снабжала себя энергией только лишь за счет разности ночных и дневных температур? Хорошенькое дело. Страшно представить, каков у них выход энергии от более эффективных источников. Сфера Дайсона? Ха, три раза. Им это без надобности.
По мере приближения к загадочному планетоиду четкость картинки росла – вычислитель вычленял все больше деталей, а где-то за полчаса до прибытия на место еще и изображение – мутное и размытое, но вполне различимое – на схему наложил. Картинка вырисовывалась забавная настолько, что я даже не нашелся, что по этому поводу сказать. Зато у Тарасова парочка эпитетов завалялась – матерных. Причем выдал он их, когда я вывел полученный результат на главный экран. Пьер возражать не стал – ему тоже надоело пялиться в пустоту. Галя прокомментировала результат трудов вычислителя коротким «ой», Денисов промолчал. Шеф поначалу тоже, но потом все же задумчиво хмыкнул:
– Кто-то еще сомневается, что мы явились по адресу?
Судя по молчанию, если кто-то и сомневался – например, вахтенные пилоты – то делиться сомнением не спешил, подавленный величием зрелища. А для тех, кто побывал на Находке, никаких доказательств не требовалось – планетоид выглядел как брат-близнец Базы. Такая же скала, только на порядок больше и симметричная. Как лодка и ее отражение на водной поверхности. Впрочем, на планете нижняя часть скрывалась в почве, так что и тут бабушка надвое сказала.
– Зря ругаешься, Саныч. Весьма характерная архитектура, типичнейшая для Первых, я бы сказал, – сформулировал я, наконец, общий вывод. – Красиво, конечно, но не до такой же степени.
– Мне можно, я военный. Пьер, как действуем дальше?
– Стандартная процедура, – отозвался шеф. – Подойдем поближе, просветим во всех диапазонах, запустим зонды. А потом посмотрим.
– То есть на ближайшие несколько часов мы работой обеспечены?
– Вы, Александр, пока можете быть свободны. Олег, Галина, вы тоже. Смена подвахты через двадцать минут. Паша, ты остаешься – будешь оператором сканера. Палубной команде подготовить зонды к старту. Выполнять.
Ну вот, опять повезло, как утопленнику. Соратники отдыхать отправились, а я тут кукуй. Рутина, как она есть. Не думал, не гадал, что величайшее археологическое открытие современности пройдет так обыденно. Хотя, с другой стороны, а что я вообще знаю про археологию? Не про внешнюю сторону – выставки и славу, а про внутреннюю, так сказать, кухню? Правильно, меньше, чем ничего. Теперь вот учусь. И хорошо, что на данный момент из негативных последствий только разочарование и скука. Приключения на филейную часть дело наживное.
