– Хм, заманчиво. Ладно, я попробую добыть «Насте» билетик, но не обещаю.
– Спасибо-спасибо тебе огромное!
– Пока не за что. Давай, как узнаю, остался ли вариант позвоню.
Теперь надо просто дождаться её звонка и не изводить себя в это время. Так, на чём мы там с Марией Стюарт остановились? Может хоть с шестого раза я пойму это чёртово предложение.
Примеряю маленькое красное платье перед зеркалом. Фигуру хорошо обтягивает, даже впивается, так что кружева лифчика прорисовываются. Я сегодня надела тонкий без поролона. Антону моя естественная грудь нравится.
Каблуки сюда большие обязательно. Ноги в сочетании с короткой юбкой платья будут смотреться от ушей.
– Помирилась с мальчиком? – возникает из своей комнаты мама.
– Нет, я же сказала, что не хочу с ним мириться.
– А куда ты тогда собираешься?
– На бокс.
– Куда?!
– У нас парень с института выступает. Мы с одногруппницами решили пойти. Мам, это платье лучше или тёмно-фиолетовое?
– Лучше тёмно-фиолетовое. В этом я за тебя переживать буду.
Надеюсь, не ты одна.
– Значит, это. Спасибо, мам, – целую её в щёку. – Мы с девчонками, скорее всего, после мероприятия пойдём куда-нибудь посидим, так что меня не жди, ложись спать.
И пока мама не успела опомниться и мне что-то возразить, выбегаю из квартиры.
Уже в лифте понимаю, что забыла футболку. Блин… но возвращаться плохая примета – мама может заставить переодеть платье или устроит допрос.
Как я и полагала Агату моё появление, да ещё и в таком платье, совсем не обрадовало. Но деваться ей уже было некуда, на открытый конфликт она не пошла.
Наши места оказываются ближе к концу зала и меня это очень расстраивает. Ринг, конечно видно, особенно на большом экране сверху, а вот вероятность, что Антон меня здесь заметит, ровна нулю. И даже красное платье не поможет.
Мы трое располагаемся на своих местах, Машу сажаем посередине, и с нетерпением ждем начала.
На ринг выходит ведущий.
– Добрый вечер дамы и господа, – начинает он и дублирует то же на английском.
Он представляет спонсоров, промоутерские компании, шутит, раззадоривая публику, а потом переходит к представлениям боксёров.
– Мы все видели выступления этого самородка в любительском спорте. И мы долго ждали, когда он придёт к нам. И он пришёл. Победитель чемпионата московской области двадцать-двадцать, победитель межклубного турнира лучших боксёрских школ Москвы «Новые звёзды», ни одного поражения на ринге, непредсказуемая тактика, поговаривают, – он прикладывает руку к губам, как бы выдавая секрет, – что во время тренировок, он укладывает на лопатки самого Арестова. Только Арестову не говорите.
По залу проносится гогот.
– Итак, самый долгожданный дебют года! В синий угол приглашаааается, – он громко растягивает слова, – Чёоооорный Лебедь!
На экране появляется промо-ролик, а на ринг под спецэффекты поднимается Антон. На нём накинут боксёрский халат с капюшоном, и я не вижу его лица, но я точно знаю, что это он. И сердце дребезжит как угорелое. И зал орёт ему в такт как очумевший.
Промо заканчивается, и на экран выводят Антона. Проходит в синий угол ринга, снимает халат. Ведущий начинает представлять его соперника, но я его уже не слушаю. Всё моё внимание приковано к Антону как прибитое. Как же хочется быть ближе, как же хочется пожелать ему удачи, прикоснуться… поцеловать…
А я сижу хрен знает где, так что меня не увидеть. И даже футболку забыла. Вот что за растяпа?
Со звуком гонга начинается первый раунд. Господи, у меня сейчас сердце выпрыгнет из груди. Хватаю Машу за руку и замечаю, что Агата по другую сторону от неё делает то же самое. Блин, Вика, держи себя в руках! По швам, по швам!
Бой начинается не агрессивно. Антон быстро перемещается по рингу, наносит непродолжительные удары и снова отходит. Соперник двигается за ним.
– Изматывает, – комментирует Агата.
Наверное. Я в этом ничего не понимаю. Так проходит первый раунд.
На втором его соперник переходит в агрессивную атаку. Наносит, как мне кажется, тяжёлые удары. И они попадают по Антону. И каждый попадает словно по мне.
Третий раунд. Антон почти не атакует. А по нему прилетает всё больше. Это становится страшно смотреть. Зал негодует. Я впиваюсь ногтями в Машину руку после каждого удара по Антону. У неё, наверное, уже отметины от моих ногтей. И судя по всему не только от моих.
Четвёртый раунд. Всё становится ещё хуже. Антон раз отлетает на канаты. Вроде ему считают один нокдаун. Все очки не в его пользу. Но мне на это плевать, мне просто хочется выкинуть полотенце или что там возможно, чтобы это как-то остановить.
– Что девочки, по ходу, настоящий бокс – это не наших институтский парней мутузить! – скептически заявляет Маша.
– Маш, заткнись, – рявкает на неё Агата.
Вот здесь я с ней полностью солидарна. Сама чуть не сказала то же самое.
«Контроль ринга» и «эффективная агрессия»… ну почти. Немного не выходит.
Ой, пропуск. Ещё один. Вкусный. Облизываю губу. Привкус металлический. Да…
I'm just a sucker for pain[5], детка.
Раунд. Иду в свой угол.
– Ты что творишь? – беснуется Мехмед. – Боксировать будешь вообще?
