Юноша поёжился: прыгать и махать мечом было жарко, а вот стоять на ветру — отнюдь. Свернув и спрятав послание в ножны кинжала, принц поднял с камня плащ, накинул его на плечи и спустился к деревьям. Приученный боевой конь стоял там, где его оставили, и пытался найти среди жухлой прошлогодней травы хоть что-то съедобное. Пристегнув трензель и подтянув подпруги, Кодар вскочил в седло и направился к городу.
Следующие несколько дней наследник трона провёл, словно в тумане. Альвиарран или Дух наверняка заметили бы неладное, но они ещё не вернулись из самоубийственной вылазки, а остальные не отличались наблюдательностью (как Литар), были слишком занятыми собственными делами (как Инберт) или переживаниями (как Иния), или же объясняли рассеянность и задумчивость принца трудностями подготовки к войне (как Вильям). Кодару не давала покоя одна мысль — в бою ведь и впрямь может многое случиться. Конечно, император не встанет в первые ряды, но мало ли что…. Шальная стрела, например….
Раньше он как-то не задумывался о том, что будет после того, как вторжение утонет в крови. Сначала его надо в этой крови утопить, и желательно, основную массу оной жидкости выпустить из варваров, а уж потом…. Теперь это самое «потом» казалось близким и не слишком радужным. Послание дяди заставило Кодара осознать простую истину: если армия империи остановит северян (в чём юноша в глубине души не сомневался), то император найдёт способ избавиться от племянника. К его услугам придворные маги, алхимики, мастера несчастных случаев… не говоря уж о банальных палачах. Конечно, можно бежать. В горы, на Дикий берег… и жить, как зверь, по пещерам, питаться сырым мясом, боясь развести огонь, скрываться ото всех — уж лучше палач! А ещё лучше — предупредить удар. Сыграть по правилам, которые предлагает дядя. Сейчас, пока нет ни эльфа, ни леди Оро Ваи, ничего не стоит преподнести предложение императора так, что дружины счастливы будут отправиться на соединение с основными силами. Разумеется, под его, Кодара, командованием. Объединённая армия вышвырнет варваров за Аридар впереди их собственного визга, а дальше… масса возможностей.
На сей раз Литар с Ортигом не иначе, как сговорились заранее! Состояние боевого транса понемногу становилось привычным, равно как и распределение сил в учебных поединках: мальчики против девочки. И взять верх над Инией её друзьям удавалось всё реже и реже, что, разумеется, не могло их оставить равнодушными. Придумав таки хитрый маневр, они разыграли его, как по нотам. Зажав Рыцаря своими лошадьми, юноши атаковали графскую дочь с разных сторон. Литар на несколько взмахов взял предельный для себя темп, вынуждая Инию сконцентрироваться на защите; в тот же момент Ортиг, поднырнув под меч девушки и блокируя его рукой, прыгнул с седла прямо на противника. Посадкой юная леди могла гордиться, так что из седла она не вылетела. Рухнул конь. Рыцарь не удержал равновесия на мокром камне, поскользнулся, и Литар чудом успел увернуться, заставив своего жеребца совершить дикий скачок вбок. Если учесть, что во время поединка лошади шли весьма резвым галопом…. Иния не помнила, когда и как она успела выдернуть ногу из стремени и закинуть её на шею Рыцарю, но что успела, это факт. В результате на каменистой земле оказалась куча мала — графская дочь пыталась сопротивляться, даже оказавшись в столь невыгодной позиции. Естественно, в самом скором времени Ортиг зафиксировал болевой захват, вынудив противника выронить меч и сдаться на милость победителя.
Литар же пытался поднять Рыцаря, но все его усилия пока имели нулевой результат. Конь лежал на боку, вытянув ноги и уткнувшись носом в жухлую траву, периодически тяжело вздыхая и громко, от души, фыркая. Рассмотрев сию картину, варвар изменился в лице и торопливо встал, освобождая Инию от захвата. Да, на неопытный взгляд могло показаться, что лошадь на последнем издыхании, но девушка видела и расслабленные мышцы, и блаженное выражение морды. Рыцарь не поднимал головы, но глазом косил, отслеживая перемещения оруженосцев, и графская дочь легко читала в этом взгляде ехидный вопрос: «Ну и что вы теперь делать будете?». От подобного ехидства юная леди знала очень хорошее лекарство. Оглядевшись вокруг, она быстро нашла искомое — прижатые к земле тяжестью снега и не успевшие ещё выпрямиться кусты с длинными, тонкими, а, главное, гибкими ветвями. Демонстративно подойдя к зарослям, Иния не менее демонстративно достала кинжал и принялась придирчиво отбирать прут поухватистей. Она нарочно повернулась к лошади спиной, и не удивилась, услышав тяжёлый вздох, скрежет подков о камни и прочий шум, обычно издаваемый осёдланным конём, когда тот поднимается и отряхивается. Даже растение калечить не пришлось!
