Всю дорогу, пока мы с Инией шли за пышно одетым слугой по лестницам и коридорам, я пыталась придумать способ отвертеться от участия в празднестве, но бросила это занятие как безнадёжное. Придётся играть роль до конца, если я хочу раздобыть карту и экипировку для путешествия по горам.
Иния была счастлива, уже несколько часов крутясь перед зеркалом и примеряя один наряд за другим. Она и представить себе не могла, как соскучилась по жизни, достойной дочери графа! Настоящая ванна, бассейн с горячей водой, ароматические масла, тончайший шёлк длинной рубахи и сон на огромной кровати — после двух лет жизни в лесу! Девушка с недоумением косилась на Виа — та с утра занялась оружием и доспехами, устроившись на полу и вооружившись куском замши и различными баночками с маслами, шлифовальными порошками и пастой для полировки. Иния честно пыталась объяснить ей, что рыцари подобными глупостями не занимаются — для этого есть оруженосцы, слуги и кузнецы. В ответ девушке было предложено в промежутках между примерками следить, чтобы никто не застал рыцаря за неподобающим занятием. К платьям и драгоценностям, присланным герцогом, Виа осталась совершенно равнодушна, предоставив всю эту роскошь в распоряжение Инии, чем та и воспользовалась.
С утра девушка первым делом побывала на конюшне и удостоверилась, что Тайфун не обделён овсом и вниманием конюхов. Там она натолкнулась на группу слуг, обсуждавших предстоящий турнир в честь герцогини. Статью и норовом вороного коня они откровенно восхищались, сходясь во мнении, что ездить на таком чудовище может только настоящий рыцарь, а слухи о женщине-воине — безумный бред! Неизвестно отчего, но этот разговор насторожил Инию. В принципе, Виа не обязана принимать участие в турнире, если только её не вызовет на поединок кто-нибудь из рыцарей герцогской дружины. А вызвать могут запросто! Никто ведь не видел, как она сражается; любопытство и зависть вполне способны заставить какого-нибудь благородного болвана совершить глупость. Виа им покажет!
Иния примерила ещё два платья, наблюдая краем глаза за плавными аккуратными движениями Виа, полирующей длинный прямой меч, — и до неё дошло, что же было не так. Виа не может участвовать в турнире, потому что не умеет вести бой в седле! Ездить верхом она училась на глазах графской дочери, её народ не знает конных сражений, как и лошадей, — а основой любого турнира является поединок на копьях, и ведётся он всадниками! Да, ещё и копья…
— Виа, ты каким оружием владеешь? — Иния отвернулась от зеркала, оставив корсаж зашнурованным лишь до половины.
— Любым. — спокойно ответила та, не отрываясь от клинка.
— А перечислить можешь?
— Тебе придётся слушать до послезавтра. Проще объяснить, что случилось.
Иния тяжело вздохнула и пустилась в объяснения. Как она и ожидала, для Виа турниры оказались в новинку. Через слово девушке приходилось разъяснять непонятные названия, правила и обычаи. Когда же она подошла к главному, оправдались худшие ожидания — Виа понятия не имела о том, что такое копьё и как им пользуются.
— Мы даже устроить тренировку не можем! За нами обязательно будут наблюдать, и если увидят, что я учу тебя держать копьё..! — Иния не договорила и начала снимать платье.
— Не надо паники. Кто предупреждён — тот вооружён, как говорили предки. Давай решать проблемы по мере их поступления. Сначала надо пережить это празднество, и неизвестно ещё, рискнёт ли кто-нибудь бросить мне вызов.
— А если рискнёт?
— Что-нибудь придумаю. В конце концов, ваши правила не запрещают выходить с мечом против копья?
— Нет, но поединок должен начинаться в равных условиях.
— А если я скажу, что считаю бросившего мне вызов слабаком и предоставляю ему преимущество, чтобы сделать бой хоть чуть интереснее?
— Ты оскорбишь его, и он согласится на любые условия, лишь бы получить возможность убить тебя.
— Вот тебе и выход. — и она вновь взялась за меч.
Несмотря на спокойствие спутницы и её очевидное превосходство над рыцарями Тирисса, Иния не могла найти себе места. Даже наряды отошли на задний план. Девушка почти без удовольствия надела тёмно-бордовое бархатное платье, расшитое тёмным жемчугом. Виконтесса Каэлли иль Ноэр никогда не смогла бы позволить себе такую роскошь, особенно если прибавить сюда бесценную диадему, ожерелье, серьги и браслеты, щедро усыпанные чёрными алмазами. Камни таинственно мерцали на бархате платья и в рыжих волосах девушки. Увы, ощущение того, что праздник — лишь прелюдия к возможной драме, убивало всё очарование момента.
