Зрители ещё немного поорали и начали расходиться. Иния очнулась от ступора, догнала Виа и пошла рядом с конём, как и положено оруженосцу. Вопреки обыкновению, она молчала. Перед её глазами стояли картины двух побоищ — сегодняшнего главного поединка и бойни на морском берегу. Да, о таком менестрели не поют, но Иния иль Ноэр видела невозможное своими глазами! Что разбойники, что лучшие рыцари Тирисского герцогства — они оказались одинаково беспомощны перед этой странной девушкой, невесть откуда появившейся на пустынном пляже! А ведь она меньше месяца назад впервые села в седло! Было над чем задуматься…
Иния молчала, и я испытывала искреннюю признательность за это. Наверняка я нарушила все правила, просто уйдя с поля; наверняка мне полагалось изобразить что-то торжественное, — но на это моих сил не хватило. Надеюсь, Тирисс поймёт… На душе было мерзко, как никогда раньше. Не говоря о том, что мне давно следовало гулять в горах, искать тупую вершину… Чем я занимаюсь? Стоило первым делом раздобыть необходимые припасы и исчезнуть! А вместо этого — глупый, никому не нужный выпендрёж. Да, барон сам напросился, и получил по заслугам. Но остальное..! Кто мешал мне просто защищаться? В этой бойне нет ни чести, ни доблести! Победа над заведомо слабейшим противником… А они орали «Слава!»… Какая это слава, это позор, и, узнай об этом тот же Аэтиар, он никогда больше не скрестит со мной клинок… и будет прав!
Внутренний двор цитадели встретил нас совершенным безлюдьем. Видимо, вся челядь смотрела на турнир, и плетётся сейчас в толпе, обсуждая увиденное. Меня не расстроило отсутствие прислуги, даже наоборот. Мы прямиком отправились на конюшню, где я в меру своих познаний занялась конём. Иния помогала, по-прежнему молча. Догадываюсь, что девочка про меня думает, и не удивлюсь, если она предпочтёт остаться в Тиссе. После этакого представления…
Ощущение магического присутствия уберегло меня от нового приступа самобичевания. В огромном замке, кроме нас, находилось всего несколько часовых, и тех сейчас наверняка больше волнует возможный исход турнира, чем исполнение непосредственных обязанностей. Что ж, это даёт определённые возможности… Я отошла в дальний конец конюшни, якобы за водой, и, наклонившись над бочкой, произнесла несколько слов. Вытащив полное ведро, я уже знала ответ на заданный вопрос: наблюдатель находился здесь, в замке. Магическая нить, связавшая нас на краткий миг, дала мне почувствовать его ненависть и жажду убийства — но не только! Разочарование ощущалось настолько явно, что становилось очевидно — именно он убедил барона бросить мне вызов, надеясь, что с турнирного поля меня принесут вперёд ногами. Но почему? Чем я успела заслужить такое отношение? Неужели… вмешательством в судьбу герцогского семейства?!
Внезапная догадка едва не вынудила меня сказать глупость. Сохранить невозмутимое выражение лица и продолжить чистить коня стоило мне изрядных усилий. Оно того действительно стоило; если у крепости внимание мага представлял слух, то сейчас я ощущала именно взгляд. Если он всё время находился в замке, сие можно объяснить ограниченностью его сил. Слышать проще, особенно на большом расстоянии. Это утешало, но не слишком. Даже если он слабый маг, неприятностей может доставить преизрядно, особенно учитывая моё полное незнание аспектов человеческой волшбы. И всё же, зачем этому магу могла понадобиться смерть герцогини и детей?
Так и не придумав более-менее убедительного ответа на этот вопрос, я поставила Тайфуна в денник и отправилась в отведённые нам комнаты. Иния шла за мной, изображая привидение. Она так и не сказала ни слова, — видимо, мне придётся официально освобождать её от обещания помочь найти тупую гору. Конечно, одна я смогу двигаться значительно быстрее, и риска намного меньше, но… Огонь Всесущий, я привыкла к её компании, и, самое главное, взялась её учить!
В таких вот невесёлых мыслях я сняла доспех, сапоги и растянулась на кровати. Магический взгляд почти тут же исчез, — видимо, у моего оппонента нашлись дела поважнее, чем наблюдать постную рожу победителя турнира. Я не успела обрадоваться этому событию, как раздался осторожный стук. Первым моим порывом было крикнуть что-нибудь вроде «Подите на..!», но Иния вспомнила о своих обязанностях оруженосца и открыла дверь. За ней обнаружился сын и наследник владетеля Тирисса. До участия в турнире мальчишку не допускал нежный возраст, и в ложе рядом с отцом я его не заметила. Это позволяло надеяться, что он не видел моего позора… хотя какая разница!
— Я… прошу прощения, но… Отец занят, и никто не заметит моего отсутствия… Я знаю, что не должен это говорить, но многие рыцари говорят… Култиан сказал, и они повторили… Они считают вас демонами, и убеждают отца устроить испытание огнём!
