— Я тогда в душ, он у вас очень красивый.
Выскочила из-под его сени и получила шлепок по попе. Никогда не думала, что это так приятно. Собрав свои вещи, на цыпочках пробежала по ламинату и замерла на выходе из комнаты. У двери сидел Гоша.
— Не стесняйся его, — рассмеялся Егор. — Он нормальный парень.
Обойдя чёрного волка стороной, побежала дальше. Красивый этот волк. Оборот Егора, наверно, такой же, и пахнут они одинаково. Я их смогу различить только по наколкам.
Душ был потрясающим. Лейка с подсветкой восемь режимов полива и напор отличный, не то что в нашем общежитии. Я вытерлась полотенцем, которое пахло Егором, и быстро оделась. Не хотела ни секунды тратить на одиночество. Надо было Егора с собой в душ прихватить.
В квартире пахло кофе. Егор с Гошей сидели на кухне, стыла чашечка для меня. Вкусно пахли разогретые круассаны. В этом месте живут два брата и очень много кушают.
Внимательный, влюблённый взгляд. Я не стала в этот раз садиться к Гоше, села поближе к его брату, чмокнула в щёку.
— Я люблю тебя, — признался Егор, пододвигая ко мне круассан, размером с батон.
— Я только кофе, — улыбалась я и подлила себе сливок.
Его рука гладила мои влажные волосы, и взгляд лакал. Это было самое яркое проявление любви.
— Я тоже люблю тебя, — тихо прошептала и подставила губы для поцелуя.
Поцелуй получился со вкусом кофе. Это было так будоражеще и возбуждающе, что я подумала: «Нам с Егором нужно месяц в квартире провести, чтобы хоть как то насладится друг другом и погасить это испепеляющее желание».
Завыл волк, и Егор опять обозлился, зло посмотрел на брата. А Гоша закинув морду, выл, получил в нос круассаном, и тут же его поймал и зажевал.
— Мы тут с Гошей перетёрли, — при его словах я рассмеялась, представляя, как они общались, — и решили свалить из города. Ты как?
— Я только за, — тут же выпалила я. Ещё бы не плохо было сменить имя и фамилию. — Что плохое произошло?
— Пока нет, — ответил Егор поглощая круассан. — Но… Дамки исчезают, лучше свалить к нашему дядьке под крыло, а ещё лучше тебя обернуть.
Я вскочила, как ошпаренная, и кинулась в прихожую, обронив стул. Я упала на колени перед своей сумочкой и дрожащими пальцами достала телефон. Если я Дамка, значит и Лада скорей всего тоже. И этот Олег… Она же с ним!
Лада долго не отвечала. Братья обеспокоенно смотрели на меня, и только в этот момент я натурально убедилась, что они близнецы, их взгляды были похожи и склоняли головы набок одновременно, не сговариваясь. Только один чудесный волк, а другой крепкий высокий парень, не менее чудесный.
— Ну? — крякнула в трубку Лада.
— Ты где? — торопливо спросила я.
— А… Сейчас приеду.
— Быстрей давай, мне поговорить с тобой надо, — я отключила телефон.
Егора рядом не было, он появился одетый, вёз свой мотоцикл и два шлема держал на руле.
— Открывай, — подмигнул он мне, и я, закинув на плечо сумочку, открыла входную дверь.
Мы вывезли мотоцикл в тихий, сонный коридор. Потом завезли его в лифт, внизу в холле спокойно прокатили его по ковролину. Я даже оглянулась, от шин не оставалось следов. И уже за стеклянными дверями, одевали шлемы.
Мотоцикл был очень высокий, и если Егор ногами до асфальта доставал, то мне пришлось карабкаться вверх, потому что сидение было задрано.
— Не боишься скорости? — прищурил чёрные глаза в шлеме.
— Нет, — ответила я, застёгивая лямки ремешков под подбородком.
— Ну, держись, Кроха, — он завёл мотоцикл и тот зарычал, когда Егор дал газа, покрутив ручку.
Я уселась за его спиной и крепко прижалась к любимому оборотню. Дух захватило сразу, я даже пискнула, когда Егор поставил мотоцикл на дыбы и проехал несколько метров на заднем колесе.
Тут было всё ясно, любимое дело — гонять на мотике. Экстремальное вождение по полупустынным улицам города произвело на меня несгладимое впечатление. И когда Егор спросил куда ехать, я не сразу ответила. Указала путь, и мы донеслись до нашего общежития в старом районе города за десять минут.
Егор остановился у высоких берёз, что затеняли окно в нашей комнате. Поставил подножку и помог мне спуститься на землю. Я сняла тяжёлый шлем и оглядывалась по сторонам, но никаких чёрных джипов по близости не было. Лада ещё не приехала.
— И в этой халупени моя радость живёт? — скривился Егор. — Забираем вещи и уезжаем.
— Дрёма, а ведь Лада скорей всего с этим бетой спит, — обеспокоенно сказала я. — С Олегом, который в тебя стрелял.
Лицо парня стало бледным и озлобленным, глаза превратились в матовые камни, злые и бесчувственные, как у акулы.
— И она, наверно Дамка, — я тяжело сглотнула.
— Подождём её, — он хищно прищурился, и посмотрел вокруг. Ноздри на его носу раздувались, он искал запахи.
Гребень появился на его голове и, чтобы расслабиться, Егор даже не глядя на меня, привлёк к себе в объятия.
— У нас всё хорошо. Но одно я должен знать…
— Нет! — испугалась я и попыталась вырваться из его рук, но не смогла.
— Можешь не рассказывать, — рычал он сквозь клыки. — Я, итак, понял, что тебя изнасиловали. Мне нужно только имя, и в каком городе это произошло.
