– Ладно, – Оленька легко пожала плечами и мигнув, переключилась в режим поиска. – Кино, игры, книги… В каких темах приоритет?
– Космос.
Без остановки Оленька заговорила.
– Сектор – обозначение части космоса на космической карте. Устаревшее понятие, в наше время не используется. Уже более века используется координатная сетка в узлах.
– Ближе к секторам. Что у тебя есть?
– Могу посмотреть последнее изображение исследованной части космоса, разграниченной по секторам.
– Подожди. Меня интересует другое.
– Что?
– Что значит цвет сектора?
– Цвет сектора – визуальное обозначение главной для человечества характеристики данной области космоса. Исследованные сектора обозначались зелёным цветом.
– А неисследованные – чёрным? – Кира задержала дыхание.
– Нет. Неисследованные сектора не имели цвета. Они бесцветные.
– Ладно, дальше. Чёрный сектор.
– Ищу информацию.
Оленька замолчала. Кира чуть не подпрыгивала на месте, будто на углях сидела.
– Может, это… ненужный, пустой сектор, не представляющий интереса?
– Не несущий интереса для человечества сектор обозначался серым. Их довольно много на последней карте. Ищу чёрные.
– Какие ещё есть?
– Красный.
– Что значит?
– Красный сектор – опасный для здоровья. Требует специальной подготовки при посещении. В основном, это сектора с сильным радиационным излучением.
– Ещё.
– Синий сектор отмечает возможность добычи большого количества полезных ископаемых. Розовый – сектор, в котором обнаружены планеты, идеально подходящие для колонизации. Голубой – сектор, в котором обнаружено нечто, представляющее особый интерес для науки, и потому требующий более углублённого изучения. В них зафиксированы необычные явления типа Чёрных дыр или необычные формы жизни… Перечень секторов завершён.
– Как завершён? Но чёрный, Оля! – Кира наклонилась и схватила её за руки. – Должен быть чёрный!
– На последней карте, обозначенной по этой устаревшей системе, нет чёрных секторов.
Кира опустила руки, потом обхватила ими голову.
– Могу попробовать посмотреть в справочнике с секретной информацией.
Кира воспряла.
– А ты их видела? Как ты получила доступ к таким справочникам?
– Доступ к устаревшим системам открыт. Вернее, открыт доступ к информации – описанию, сами засекреченные карты, конечно, я не видела.
– Ищи.
Оленька, кажется, всего раз моргнула, а потом сказала таким же ровным тоном:
– Чёрный сектор – сектор, в котором зафиксировано столкновение с чужой формой разумной жизни. С агрессивной формой, – поправилась Оленька. – Доступ в чёрный сектор запрещён для всех.
И моргнула. Её ликующая улыбка, которая полезла было на лицо, тут же пропала. Она посмотрела на Киру, будто впервые увидела.
– Что… что это значит? – пробормотала Оленька.
– Послушай. Я просто так спросила. Просто так. Поняла! – Кира схватила её за плечи и сильно тряхнула. – Никому не говори, что я спрашивала. И что ты ответила. Поняла? Иначе не видать тебе больше ни рыбы, ни орехов. Ни крошки не дам. Поняла?
Дождавшись, пока Оленька Ни-о-чём кивнула, Кира невольно оттолкнула её и отбежала прочь. Её тошнило.
Она постояла, согнувшись, но кроме рвотных порывов, ничего наружу не вышло.
В голове гудели слова. Чужая форма жизни. Разумная жизнь. Агрессивная жизнь. Доступ запрещён.
Боже мой. Что же происходит? Этого не может, не может быть.
Но есть. Оленька никогда не ошибается. А врать… какой смысл ей врать? И в своём слухе Кира не сомневалась. Хотелось бы ослышаться, но слова словно въелись в уши и в мозг. Всё правда, это правда. Чёрный, запрещённый к полётам сектор. Место, где водятся агрессивные инопланетяне. Человечество никогда не сталкивалось с разумными инопланетными формами жизни. Развитыми. За всё время существования межпланетных перелётов обнаружено только две планеты с зачаточным разумом, которые взяты под наблюдение без вмешательства. Вернее, так говорят официальные источники.
А оказывается, оказывается… Всё же сталкивалось.
И сейчас они в самом центре этого всего.
Деваться было некуда. В этот раз никто не появился и не спас от бремени знания. Не пришёл и не сказал, что делать дальше. Через какое-то время Кира опомнилась, вернулась к Оленьке, которая так и сидела на месте, и отдала ей орехи.
– Иди в лагерь.
Кире было всё равно, послушается та или нет. Оленька послушалась – побрела в катер, прижимая орехи к груди. А Кира накинула рюкзак и пошла вдоль ручья.
Привычка действовать сейчас помогла. Тело двигалось вперёд, словно само собой.
Пустота сидела у тропинки к Изумрудным Лужам, обняв себя руками. При звуке шагов быстро встала, выпрямилась. Кира впервые рассмотрела её лицо. Раньше то жалко её было, и взгляд сам собой пробегал мимо, то вовсе она была недоступной. Не станешь же внаглую рассматривать корпоративную дочь? Но сейчас многое иначе. Кира смотрела. Тонкие черты, ставшие более резкими в последнее время. Тёмные круги вокруг глаз. Узкие бледные губы, на нижней трещина. Обветренная кожа. Вся фигура словно ссохлась.
– Тебе нужно рассказать Зои, – сказала Кира.
– Ты за этим меня сюда позвала? – нахмурилась та.
– Нет. У меня просьба. Передай кое-что Зои.
– Почему я?
