14 Збигнев Бжезинский в книге "Геостратегия для Евразии" видит будущее России в расчленении даже "с запасом", на три части: европейскую, сибирскую, дальневосточную, – объединенные в "свободную конфедерацию", см. [161]. Мечтать не вредно, хотя, по-видимому, не всегда продуктивно, когда в научные концепции проникает чересчур много личного.
15 Даже если таких основополагающих коллективных акторов на политической арене не один, а, скажем, два, как в случае гражданской войны, то в конце концов (по окончании войны) все равно остается один, и нас как раз интересует не переходный процесс как таковой, а результат ("результат гражданской войны"), политические формы, которые сохранятся или возникнут по ее окончании. При этом даже в ходе гражданской войны каждая из противоборствующих сторон полагает себя единственно правомочной, т.е. в интенции в любом случае актуализирован единственный актор: "народ".
16 Нет нужды изменять эти строки, написанные до военных действий 1999 – 2000 гг. Очевидное отличие характера второй военной кампании от первой, в сущности, нимало не отменяет сказанного: по окончании войны все равно начнется политическое урегулирование, и если в его процессе на Кавказе не будет образован признанный "четвертый элемент", погасить конфликт не удастся. Он останется хронической язвой на теле России и СНГ, пока действующее политическое строение не придет в соответствие с реалиями общественного сознания ("особенность" и "обособленность" четвертого звена). Чечню надолго не уложить в общее ложе Российской Федерации – в тем большей степени, чем больше было насилия (вариант "окончательного решения вопроса" можно и не рассматривать: не та эпоха на дворе, участие мирового сообщества, да и у самой России не хватит духа на это). Даже если во главе нового режима будут поставлены устраивающие Москву руководители, республику придется наделить беспрецедентными правами (иначе население не успокоится). В отличие от дудаевского периода, в годы правления Масхадова была совершена-таки одна роковая ошибка: исламский фундаментализм, шариатское правление действительно неуместны в будущем евразийском блоке, не могут устроить никого ни из окружения Чечни, ни на Западе. Поэтому такой конкретный режим обречен, однако без политически нестандартного места Чечни или Северного Кавказа в целом проблему не решить. Не мытьем, так катаньем на Кавказе устанавливается кватерниорная структура, напомним: Азербайджан, Армения, Грузия и неуклонно пробивающийся, как трава сквозь асфальт, четвертый элемент.
17 Напомним, что, по мнению А.К.Франка, у Центральной Азии и Кавказа, в случае их отдельного существования, нет иных перспектив, кроме превращения в безнадежную экономическую периферию мира, "африканизации" [348, c. 15].
18 В рамках империй метрополия располагает полной собственной идентичностью и помимо колоний, до их приобретения, последние суть нечто "дополнительное", именно "владения".
19 Ср.: на встрече в Тбилиси президенты Украины и Грузии определенно высказались за СНГ "без фаворитов" [77].
20 В частности, не могут быть оценены иначе, чем нереалистические, расхожие надежды на вступление Украины в ЕС (см., напр.,[383]: по мнению некоторых украинских дипломатов, к 2010 г. желто-голубой флаг будет развиваться перед штаб-квартирой НАТО и перед зданием Европейской комиссии). "Мы хотим, чтобы за нами официально признали право претендовать на членство в ЕС", – заявляет замминистра иностранных дел Украины Е.Бершеда [397]. Несмотря на покровительство американской администрации (М.Олбрайт: "Украина – наш приоритет на постсоветстком пространстве"), дай Бог европейскому блоку в обозримый период суметь "переработать" более близкие ему и менее крупные страны Центральной Европы (задача не одного десятилетия) – на большее не хватит ни финансовых ресурсов, ни политико-психологических (без нарушения европейской идентичности). В следующем подразделе мы убедимся, что для Украины отсутствует в ЕС и логико-структурное место. (Конспективно, проблематичность принятия Украины в ЕС вдобавок обусловлена тем, что она "слишком большая": в своем нынешнем, т.е. экономически сложном, положении она не нужна ЕС, т.к. требует малоподъемных финансовых вливаний; когда и если ее экономический статус изменится к лучшему, она превратится в тем более нежеланную, ибо стяжает такой политический вес, который заставит "подвинуться" даже самых сильных. Захотят ли участники "большой четверки" ЕС собственными руками создать сопоставимого с каждым из них конкурента?) Другой вопрос, что у ЕС с СНГ, его членами, по всей видимости, должны установиться по-своему "особые", доверительные отношения, но таковые – как между двумя соседними, отчасти родственными блоками, а не по внутриблоковому образцу.
21 Киргизстан, без согласования с остальными членами Таможенного союза, позднее вступает во Всемирную торговую организацию, что отчасти противоречит договоренностям. Однако практически сразу вслед в союз принимается Таджикистан [233], т.е. кватерниорность восстанавливается.
