3841 год.Может ли заключение сознания в Логр являться не «Вечной Жизнью», не привелегией, а жестоким, бессрочным наказанием? Как поведут себя преступники попав в изолированную группу логров? Ведь их память и жизненные привычки остаются неизменными.
Перед судом он не волновался.
Зольц привык доверять адвокатам. Они брали с него большие деньги, но работу выполняли на оценку "отлично". У Генриха была возможность убедиться в этом. Жизнь, которую он прожил, нельзя назвать законопослушной и безоблачной, но цифры на статкарточке или, еще лучше, - мерцающие банкноты банка "Галактика-Центр", открывали большинство дверей и являлись гарантом безнаказанности…
До поры, конечно.
Генрих не строил иллюзий относительно своего ближайшего будущего - влип он конкретно, но знал - максимум, что ему грозит, это заключение в криогенную камеру, где несколько лет подряд его мозг будет подвергаться насильственной "социальной терапии".
Плевать я хотел на методы вашего воздействия. - Мысленно произнес Зольц, дожидаясь, когда в отсек орбитальной станции-тюрьмы придет его адвокат.
Он прилетел с утренним челноком и должен был появиться еще четверть часа назад, но что-то задерживало Германа Руза, хотя на данной станции тот бывал часто, и местное начальство знал, как облупленное.
Наконец, положив конец томительному ожиданию, открылась герметичная дверь.
Генрих мгновенно заметил, что Руз немного не в себе. Растерян, что ли?
– Доброе утро.
– Доброе… - Герман произнес слово с каким-то непонятным, зловещим подтекстом.
– Ну, выкладывай. Как мои дела?
– Скверно. - Руз не стал темнить, решил говорить напрямую, хотя понимал, что вспышка гнева раздражительного, привыкшего к неограниченной власти клиента может вмиг лишить его солидного гонорара.
– В чем проблема? Меня решили заморозить на такой срок, чтобы я очнулся в незнакомом мире?
Руз промолчал.
Его пальцы машинально сцепились в замок. Потом адвокат поднял голову и, взглянув в глаза клиента, произнес:
– Генрих, тебя вообще не станут замораживать.
– То есть… как?
– Учитывая возраст (Зольцу недавно исполнился сто один год) матрица твоего сознания будет помещена в логр.
На этот раз Генрих испытал волнение. Настоящее волнение, какого не ощущал давно, уже много лет.
– И ты называешь это скверной новостью? Постой, это точно? Ничего не перепутал?
– Я задействовал все возможные каналы осведомителей. Решение суда, которое будет вынесено по твоему делу, мне известно.
– Помещение сознания в логр?! - Еще раз потрясенно уточнил Генрих.
– Да. Именно так.
– Мне казалось, что высшая мера наказания, которую Конфедерация придумала для преступников, это как раз лишение права обладать личным логром.
– Да. Потому я и сказал что новость дурная. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Кому как не тебе это знать, Генрих.
– А если отвечу, что мне плевать? Вечная жизнь, пусть и в виртуальном пространстве, - это прекрасно. В конце концов, это не просто шанс обрести виртуальное бессмертие. Ведь ты не станешь сидеть, сложа руки, Герман? Я отдам распоряжение, чтобы тебя спонсировали суммами, достаточными, чтобы нанять талантливого кибрайкера. Если фемида рехнулась, и теперь за преступление даруют вечную жизнь - пусть будет так. Поживу в логре. А ты тем временем найдешь человека, который сможет извлечь мое сознание оттуда, для записи в чистый рассудок клона.
– Да, естественно, я сделаю все возможное.
– Тогда что тебя смущает?
– Здесь что-то не так. Но где именно подвох, понять пока не могу. - Честно признал Руз.
К его удивлению Генрих, не смотря на патологическую осторожность и недоверчивость, на этот раз пренебрег привычками, принципами и выглядел весьма довольным.
– Бесплатный сыр, говоришь? - Словно прочитав его мысли, хохотнул Зольц. - Посмотрим. Могу тебя уверить: на свете существуют мыши, которые едят бесплатный сыр и потом спокойно уходят.
Процедура суда показалась Генриху долгой и занудной, но все когда-то заканчивается, и вот…
Я в логре…
Мысль обожгла.
Естественно, обладая огромным состоянием, Генрих умирать не собирался. Да, Конфедеративное содружество имело "черные списки" своих граждан, которым по тем или иным причинам на официальном уровне отказывали в праве обладать личным логром. Но, как известно спрос всегда рождает предложение, и черный рынок не дремал: в теневом обороте вращались десятки тысяч логрианских устройств и миллиарды изобретенных человечеством кредитов.
У Зольца был свой логр. И был человек, готовый в случае смерти Генриха доставить матрицу его сознания к общей массе таких же кристаллов, образующих Логрис.
Однако этого не потребовалось.
Пока что он не задумывался всерьез над вопросом: почему все радикально изменилось, отчего вдруг поменялись знаки, и благо, привилегия внезапно приняла статус наказания?
Ответить на данный вопрос могли бы сотрудники мнемонического отдела штаба флота Конфедеративного Содружества, но, к сожалению, ни один из них не являлся информатором адвокатов Генриха.
Посмотрим, что вы тут для меня приготовили…
Матрица сознания Генриха только что была инсталлирована в логр и два сотрудника специального подразделения исполнения наказаний отправили кристалл к общей массе ему подобных.
Зольц был бы очень удивлен, увидев небольшую формацию, к которой присоединился его логр.
