- А уже потом мне сообщили задание. Объяснили, что скоро начнётся война с диггерами, что ты – бывший диггер и без тебя эту войну выиграть не возможно. Повлиять на тебя напрямую: заставить делать то, что ты считаешь не правильным, - бесполезно, это даже я к тому времени понимала. Необходимо было, чтобы ты сама захотела этой войны. А захочешь ты её только тогда, когда враги ужалят кого-то из ставших близкими тебе людей – таков твой психотип. Этим обиженным диггерами человеком должна была стать я. Что-то в легенде о гибели нашего поселения придумали они, что-то подсказала я сама. Получилось довольно убедительно и трогательно – ты поверила и прониклась моей бедой. Они всё правильно рассчитали, они всегда всё правильно рассчитывают, и в этот раз – угадали: ты пошла на эту войну.
Вера слушала Танюшу, обхватив голову руками. Вместить услышанное в себя было просто не возможно! Её использовали, использовали как какой-то инструмент для достижения чудовищных целей. Опутав верёвками лжи, из неё сделали послушную марионетку. Танюша права – без Веры война с диггерами просто не началась бы; Республика никогда бы не вступила в бой с неведомым и невидимым врагом. Когда же у них появился преданный информатор и инструктор по борьбе с диггерами, который к тому же самоотверженно повёл в бой передовой отряд – баланс сил резко изменился. Для этого Инспекторату и Штабу ничего не было жалко: в жертву маниакальной идее они принесли несколько жизней на Верхней Степянке (Булыга сообщил ей, что это тоже дело Чёрной Пятёрки).
«Из-за меня началась война! Я начала эту войну! Из-за меня погибли десятки и сотни хороших людей, и с той и с другой стороны!». Чувствуя приближение очередного приступа, Вера всеми силами себя успокаивала, не заметно для Танюши проводя аутотренинговые комбинации, но мысль «Война началась из-за тебя!» - неумолимо вращалась в её голове. Танюша продолжала:
- Было ещё несколько мелких заданий, но в основном меня больше не задействовали. Как и обещали: перевели меня в Инспекторат, можно считать, что мечта моя исполнилась. Правда не очень-то я тяну эту работу, не моё это – тут же тоже уйма бумажек и постоянно думать надо. На всякий случай вот Пашку охмурила. Теперь даже если из Инспектората выгонят, всё же в Улье оставят. Да беременностями и детьми прикрываюсь. Пока особо не трогают, недовольство мной высказывают, но всё же не трогают. В общем, всё было пока хорошо и я бы с радостью с этими их заданиями завязала, но они ж не отвяжутся: агентом-психологом перестать быть нельзя (это мне потом уже объяснили), от этой неоплачиваемой работы освобождают только в связи со смертью. Потом снова по поводу тебя вызвали, говорят так, мол и так, подруга твоя Вера следователем стала и плохими делами занимается. И управы на неё никакой нет и повлиять на неё никак не возможно, так как слабых мест она попросту не имеет, кроме одного – преподавателя вневедения из Университета. Это ж я сама им тогда про твои встречи с Вячеславом Максимовичем рассказывала, я ж не думала, что они и на этом как-то сыграть надумают. Он им очень был интересен - это же единственный ключик к тебе. Поэтому я по их заданию стала для него «своим человеком» в Инспекторате. Он всё с этой книжкой носился - «Начала» называются. Я этой его странности, если честно, так и не поняла: якобы он книжку писал для каких-то дикарей, которые придут сюда через сто или сколько-там лет. Представь, как с моей «любовью» к чтению и наукам, не просто было изображать «неподдельный интерес» к его труду, особенно к книжке написанной не для обычных людей, а для каких-то дурачков. Даже с моими талантами убедительно сыграть не получилось бы, не будь твой возлюбленный таким наивным. А потом я, следуя их указаниями, проинструктировала Вячеслава как и что надо говорить, чтоб убедить Инспекторат в издании книги. Я же не знала, что его арестуют за это и отправят на каторгу…
Вера привыкла к опасностям, к жестокости этой жизни, к смертям и потерям, к постоянному противостоянию с врагами. Но эти опасности она всегда видела перед собой; никогда сзади, сбоку или сверху, а именно перед собой. Рассказ Танюши в очередной раз переворачивал её мировоззрение: опасность исходила из самой Республики, опасным был близкий человек – Танюша, но самая большая опасность била из самой Веры - созданной Республикой хладнокровной машины смерти, которую направляли, куда кому-то надо, и которая послушно всё и всех перемалывала, особо не над чем не задумываясь.
