Что касается понятия «освободители» в современной трактовке литовских властей, то здесь уместны герценовские слова — я вижу слишком много освободителей, g не вижу свободных людей. Литва разделена сегодня на своих и чужих, на граждан и неграждан страны, хотя класть декларирует свободу слова и личности. Но как говорил Марк Твен — милостью Божьей мы имеем три драгоценных блага: свободу слова, свободу совести и благоразумие никогда не пользоваться ни тем, ни другим.
Разыскники СМЕРШа считали, что самый надежный способ выйти на агента противника — внедрить его в то гнездо, где лупятся яйца, высиженные абвером или РСХА, и появляются, таким образом, лазутчики, готовые шпионить, взрывать, терроризировать население.
Ярким примером поиска предателей может служить операция, проведенная контрразведчиками СМЕРШа 3-го Белорусского фронта. Документ с грифом «Совершенно Секретно» назывался:
«Докладная записка СМЕРШ 3-го Белорусского фронта № 2/32937 в Главное управление контрразведки СМЕРШ НКО СССР о выполнении задания зафронтовым агентом «ГОРЯНОВЫМ». 21 ноября 1944 г.
При этом представляю доклад зафронтового агента Горянова», переброшенного нами в тыл противника 20 июня с.г. с задачей внедрения в разведпункт противника, дислоцирующегося в д. Будилово Витебского рай-рта, и сбора контрразведывательных данных о деятельности и агентуре этого пункта.
Одновременно «Горянов» являлся прикрытием для второго нашего агента — «Вестового», который, являясь Агентом германской разведки… был перевербован нами, направлен в Будиловский разведпункт 113-й агентурно-разведывательной группы «Гирш» с заданием вербовки работницы кухни этого пункта в нашу пользу. Агентурная комбинация мною была представлена в Главное управление контрразведки СМЕРШ №/ 2/17137 от 14 июня с.г.
Приложение: доклад зафронтового агента «Горянова».
Начальник Управления контрразведки СМЕРШ 3-го
Белорусского фронта генерал-лейтенант Зеленин».
В этих скупых строчках докладной записки с непродолжительным временным параметром втиснут огромный объем работы как военных контрразведчиков, так и самих наших агентов. Готовилась агентурная пара оперативниками 2-го отдела Управления контрразведки СМЕРШ во главе со старшим оперуполномоченным Молчановым и его коллегами.
К докладу был приложен список выявленной «Горяновым» и «Вестовым» агентуры «абвергруппы 113» и преподавательского состава. На агентуру из числа советских военнослужащих давались их установочные данные, псевдонимы и сведения о прошлой службе в рядах Красной Армии. Эти данные нужны были для предметной работы по поиску вражеской агентуры, заброшенной в тыл Красной Армии.
Из доклада зафронтового агента «Горянова»: «В ночь на 20.06.1944 г. на участке 159-й стрелковой дивизии в районе дер. Рублево Витебского района Витебской области я вместе со своим напарником «Вестовым» был направлен через линию фронта в расположение германских частей для выполнения задания советского командования по выявлению агентуры противника, подготавливаемой в разведпункте в дер. Будилово, и сбора данных о деятельности этого пункта…»
До нейтральной полосы их сопровождали наши военнослужащие, указавшие путь следования к немецким позициям. А дальше они шли одни. При приближении примерно метров за тридцать до переднего края немецкой обороны «Горянов» стал вполголоса кричать: «Алло! Алло!»
Сразу же немцы запустили осветительные ракеты. Поднялась ружейно-пулеметная стрельба с обеих сторон. Фашисты при свете ракет их заметили и тут же прекратили стрельбу.
«Горянов» вновь крикнул несколько раз: «Алло! Дойч агент!» Вскоре один немецкий солдат поднялся из окопа и крикнул по-немецки:
— Ком! Ком!
После чего два наших разведчика с поднятыми руками побежали в сторону немецких траншей. Стоило им впрыгнуть на дно окопа, как они тут же были разоружены и переданы офицеру вермахта.
— Кто вы такие? — удивленно спросил он.
— Немецкие агенты и возвращаемся после выполнения задания из тыла Красной Армии, — ответили почти хором «перебежчики».
— Гут! Гут! Карашо! — улыбнулся фашист, говоривший по-немецки, и стал детально интересоваться: где образовалось скопление советских войск с танками и артиллерией, не готовятся ли русские наступать или на каких вероятных участках можно ожидать наступления?
Разведчики тоже отвечали на его родном языке.
После завершения беседы офицер констатировал — молодцы, дайте им по стакану водки. На столе появилось сало, лук, хлеб.
Перекусив, разведчики немного расслабились. После выпитой водки уставшие люди считали, что им дадут передохнуть. Но их под конвоем повели в глубь оборонительных позиций. Углубившись в тыл километра на два, разведчиков завели в землянку, где повторился характер опроса очередным немецким офицером. Через несколько часов их отвезли на автомашине в штаб разведпункта…
Встретил их переводчик в звании зондерфюрера по фамилии Регер. Первый его вопрос был жестким:
— Почему вы нарушили срок пребывания за линией фронта?
