– Неа, я не такой, разве что по пояс, да и то снизу. Кстати о птичках, петушка тебе накапать?
– Нет, в этом году я не пью, так что только петушка.
– Снимай шапку грубиян, здесь кафе а не кабак, а кто в шапке тот учитель физкультуры – Я дёрнул его за куртку, капюшон сползая обнажил его длиннющие ушные раковины. Я рассмеялся.
– Чего зубы скалишь? Давай за встречу выпьем лучше. – он поднял бокал, и коварно улыбнувшись посмотрел на меня своими голубыми глазами.
Мне тогда и в голову не могло прийти, что деталь его внешности не простая поделка из магазина розыгрышей. Поэтому я решил ему подыграть, и сделал вид что ничего не заметил. Скоро должны были прийти пани, и им по моему мнению должна была понравиться столь простодушная шутка.
– Ну и где? – продолжал Войцех.
–Что где? Не где, а когда, вон они заходят, Юлия со страшной подругой, и ещё две вполне пригодные амфоры. – я продолжал разогреваться – Ваше здоровье.
Поприветствовав остальную часть нашей кампании, мы расселись за столом и начали играть в гляделки. Так мы называли забавную традицию, когда на посиделках никто не начинал разговор. Мы просто молча сидели и переглядывались друг с другом, как будто общаемся телепатически, и это продолжается до тех пор, пока новый человек в кампании не начнёт нервничать, или скучать. Нам каждый раз было весело, мы как будто испытывали нашего будущего собеседника. Но две сестры близняшки оказались крепкими орешками. Они терпеливо смотрели на нас с интересом, синхронно попивая напитки и поправляя белокурые пряди. А когда Юлия наконец засмеялась, близняшки присоединились к нашим иронично укоризненным взглядам.
– Может расскажете наконец, что задумал наш дорогой «сеньор Робинзон»? – прекратила игру подруга – занятно бы и послушать.
– Тысяча девятьсот семьдесят шестой год – неплохо, ты отлично сохранилась с тех времён – подмигнул подруге Войцех. – один ноль.
– Мне шестнадцать. Один-один. – не замедлила с ответом подруга.
– Она культуролог, у неё родители культурологи, отец помешан на романах Сапковского, поверьте, это скучно. – вмешалась в разговор Юлия.
– Это правда – согласилась подруга – Скука смертная отец заставлял меня проходить все перезапуски ведьмака. А вы как считаете, Пятница? – спросила она меня.
– Да, дополненной реальности в третьей части сильно не хватало, да и кнопки на джойстике так себе, чем-то напоминают грудь моей бывшей – похвастался эрудицией я – но в целом могу сказать, что не так уж и скучно.
– Но ты ведь так и не ответил, что ты задумал? – обратилась Юлия к Войцеху, поправляя свои рыжие волосы тонкими пальчиками – Я вижу как у тебя глазки блестят, да и выглядишь ты моложе чем я тебя помню.
– Что задумал, от того уже не откажусь. – Войцех многозначительно поставил стакан на стол – Разве если задумаю что-то новое ещё забористей.
– Хватит красоваться, мы тебе не журналисты, тут люди грамотные сидят. – возмутился я – только без занудства своего, а то я тебя знаю.
– Хорошо. Расскажу иносказательно. Жил был парень. Жил не тужил, и вдруг захотелось ему заглянуть в книгу колдовскую. Открыл он первую страницу и увидел ребёнка в утробе матери, открыл вторую и увидел тварей невиданных, открыл третью, а там чёрт сидит, и пальчиком угрожает. Хочешь дальше смотреть? Отдавай взамен душу, говорит. Говорит парень, душу не могу, у меня её нет. Почесал чёрт лысину, и говорит, давай тогда разум. Послал его юноша, и собирался закрыть книгу. Но чёрт выскочил и говорит, ладно-ладно, отдай мне ту штуку, что детей делает. Парень только усмехнулся не оборачиваясь. Рассердился чёрт, и стал стращать парня, я, говорит, тебя во сне подкараулю, и убью. Ничего ты мне не сделаешь, сказал парень, ты ведь нарисованный, а я настоящий. Да и нет такого богатства чтобы я на него свои фамильные ценности обменял. Подумал чёрт и говорит парню, да я и сам себе не представляю, что это может быть. Задумался парень, любил он загадки сложные и говорит, так сразу и не скажешь, нужно подумать пару тысяч лет. Давай так. Я отдам тебе подарок родителей на это время, а потом мы с тобой новый договор заключим. На том и порешили. Открыл парень третью страницу и начал читать.
– А что, если третья страница пустая оказалась бы? – задала вопрос одна из близняшек.
– А что, если нет? – ухмыльнулся Войцех.
– А что, если ты спятил? – возмутился я.
– Тогда это значило бы что я выполнил часть сделки и отдал разум.
– Тогда можно спокойно читать дальше. – пошутила Юлия – Правда понять ничего не сможешь!
– Нет, нет – вмешалась подруга – в этой притче не сказано, что он хотел понять, сказано, что он почитать хотел!
– Что за глупости ты мелешь? – огрызнулась на подругу Юлия.
– Нет-нет, постой, культуролог дело говорит. Наш разум это просто придаток к третьему варианту договора. Он только для того и нужен, чтобы воспроизводить сам себя в поколениях. Следовательно, чтобы понять какая вещь может быть ценнее воссоздания разума, нужно получить понималку основанную на других принципах, не связанных с размножением. Так что в каком-то смысле необходимо спятить.
