Чисто партийное убийство полностью

Вспоминает Н. Егорычев: «Я сидел где-то, наверное, на 5–6 ряду. Никита Сергеевич вышел последним. Очень был расстроен. Он покраснел как-то, у него, видимо, было очень высокое давление, я так думаю, он весь был багровый такой, сел, уткнулся в стол, ни слова не говорил, сидел и молчал. С докладом выступал Суслов Михаил Андреевич, потом Леонид Ильич спрашивает: «Ну, как, товарищи, прения будем открывать, есть ли необходимость?» Из зала кричат: «Нет такой необходимости, не надо». — «Как будем решать? Вот Никита Сергеевич подал заявление». Из зала некоторые кричат: «Надо из партии исключать, судить там».

Но это сзади как-то, там галерки не было, но все равно они там где-то сгруппировались, были такие члены ЦК, которые хотели подладиться к любой обстановке. Власть переменилась — снимай сапоги, как в «Свадьбе в Малиновке».

Заявление Хрущева об уходе зачитал все тот же Суслов. В ходе нашего телевизионного расследования мы обнаружили, что это был совсем не тот документ, который подписывал Хрущев. Видно, заготовок было несколько на все случаи жизни, впопыхах перепутали. Но это уже никого не волновало. Заговорщики сделали главное — убрали навсегда с политической сцены так мешавшего им человека.

Пленум продолжался всего полтора часа. Под бурные аплодисменты на освободившийся партийный трон вознесли победившего Брежнева.

Рассказывает Юлия Хрущева: «14 октября я приехала на Ленинские горы и застала отца совершенно одного. Мы очень долго гуляли по лесу, собирали листья, он молчал. Я пыталась его отвлечь на какие-то темы, ну вроде поэзии Пушкина, Некрасова.

Он сказал: «Некрасов был великий поэт, потому что так, как он знал простого человека, не знал его никто». И начал читать просто, начиная с Саши «Плакала Саша», стихи Некрасова и читал их, наверное, часа два.

Потом мы зашли в дом, он говорит: «Тебе, наверное, нужно уехать к детям (дети у меня были маленькие)». Я говорю: «Мне нужно, папа, позвонить, хотя бы узнать». Он говорит: «Не звони, телефоны выключены все».

Так заканчивалась громкая десятилетняя эпоха Хрущева, яркого политика, бросившего вызов культу Сталина, развенчавшего его преступления, но так до конца не сумевшего преодолеть сталинизм в самом себе. В этом человеке причудливо соединились самоуверенность, недальновидность вместе с добром и отчаянным личным мужеством, которого так не хватало сменившему его лидеру.

Последние семь лет своей жизни Никита Сергеевич проведет практически под домашним арестом на небольшой даче в Петрово-Дальнем под Москвой. Из политической жизни его вычеркнули уже навсегда. Пройдет всего лишь несколько дней после революционного Пленума, как на Белорусском вокзале соберутся новые главные действующие лица большой политики: Брежнев, Косыгин и Андропов. Они отправятся спецвагоном в Беловежскую Пущу на охоту. Пришла пора немного расслабиться и расставить своих людей на освобождающиеся места.

Эпоха Хрущева закончилась.

Кремль. Центр России. Цитадель власти. Больше пяти веков эти стены не только надежно скрывают государственные тайны, но и защищают их главных носителей. Однако жизнь хозяев цитадели — будь то цари или президенты — никогда не была спокойной. На нее покушались всегда заговорщики, террористы-одиночки, маньяки. И эти древние стены тоже не раз слышали выстрелы.

Название нашего сериала — «Кремль 9». Для сведущих людей это — «девятка». Для других — это просто почтовый адрес. Его хозяева не любят быть на виду. Сотрудники Федеральной службы охраны просто обязаны быть незаметными.

Это их профессия.