— Пошел ты на… — выругался Галлиев и дернулся из машины.
Херладзе опередил его, ребром ладони, как саблей, рубанул по горлу. Галлиев сдавленно всхлипнул и кулем свалился на пол. Имерлидзе, потрясенный произошедшим, словно рыба, выброшенная на берег, ртом хватал воздух и нечленораздельно мычал:
— Ты-ы его убил, убил.
— Заткнись! — рявкнул Херладзе и приказал: — Бегом в машину этого ублюдка и за мной!
— Сейчас, сейчас, — промямлил Имерлидзе, на непослушных ногах проковылял к «девятке» Галлиева, сел за руль и тронулся вслед за Херладзе.
Выбравшись из города, они съехали к реке, остановились и вышли из машины. На дворе сгустились вечерние сумерки, и с дороги их не было видно. Имерлидзе просеменил к «БМВ», открыл дверцу и заглянул внутрь. Галлиев подавал признаки жизни. Слабый стон вырвался из его груди, и он сделал попытку подняться, но сил не хватило, и шифровальщик снова рухнул на пол. Имерлидзе отшатнулся и пролепетал:
— Заза, он живой!
— И что? — буркнул Херладзе.
— Надо что-то делать.
— У тебя есть водка?
— Водка?
— Есть или нет?! — начал терять терпение Херладзе.
— Кажется, есть.
— Тащи!
— Зачем?
— А затем! Зальешь ему в глотку!
— Ты что, собираешься его убить?! — воскликнул Имерлидзе.
— Нет, воскресить! Водку тащи! — гаркнул Херладзе.
Имерлидзе дрожащими руками открыл багажник, пошарил среди картонных коробок, нашел бутылку водки и застыл с ней.
— Че стоишь? Лей! — потребовал Херладзе.
— Я-я не могу, Заза, — пролепетал Имерлидзе.
— Слюнтяй! — с презрением бросил Херладзе, выхватил у него бутылку, забрался в машину и, разжав зубы Галлиеву, стал заливать в него водку. Когда бутылка опустела, он обернулся к Имерлидзе и рявкнул:
— Че стоишь? Помогай вытаскивать.
— Сейчас, сейчас, — засуетился Имерлидзе и, подхватив под руки Галлиева, спросил: — Куда тащить, в речку?
— Нет, в его «девятку»!
Они запихнули Галлиева в машину. Херладзе сел за руль, выехал на шоссе, разогнал ее и, направив под откос, спрыгнул на обочину…
23 апреля дежурному по управлению 58-й армии из республиканского МВД поступило сообщение о дорожно-транспортном происшествии на 11-м километре шоссе Владикавказ — Ардон, связанном с гибелью старшего лейтенанта Давида Галлиева. Гибелью не просто офицера, а шифровальщика.
На последнее обстоятельство обратил внимание и начальник отдела ФСБ 58-й армии полковник Петр Борисов. Гибель такого важного секретоносителя, как шифровальщик, требовала выяснения всех обстоятельств происшествия. Мысленно Борисов пробежался по своим подчиненным и остановил выбор на кандидатуре стажера — будущем заместителе начальника отдела майоре Павле Ковалеве. Энергичный, дотошный, со свежим взглядом, он мог заметить важные детали, на которые бы не обратили внимания другие сотрудники. В помощь ему Борисов выделил старшего оперуполномоченного майора Валерия Свинцова, который вел контрразведывательную работу в штабе армии и лично знал Галлиева.
Отложив другие дела, Ковалев и Борисов отправились в республиканское управление ГИБДД и на месте изучили все документы по происшествию. Из них следовало: гибель Галлиева стала следствием злоупотребления спиртным. По заключению медэксперта, перед тем как сесть за руль, он выпил не меньше бутылки водки. И здесь у Ковалева и Свинцова возник вопрос: кто или что подтолкнуло человека, ранее не бравшего в рот капли спиртного, выпить целую бутылку водки и потом сесть за руль?
Версия о насильственной смерти шифровальщика получила дополнительное подкрепление в беседе с его женой. Последний раз она разговаривала с мужем по телефону в 18.18. К тому времени Галлиев закончил службу, по пути домой собирался заехать в торговый центр «Незабудка», чтобы купить продуктов, и после этого как в воду канул. Здесь уже у Ковалева и Свинцова возник не один, а несколько вопросов: что заставило Галлиева так резко изменить свои планы и как он оказался на 11-м километре шоссе Владикавказ — Арадон?
Все вместе взятое говорило: смерть шифровальщика не была случайной, и они с удвоенной энергией взялись за выяснение обстоятельств его гибели. Самая простая — криминальная версия — быстро отпала. Материальное положение семьи Галлиевых, обстановка в квартире говорили сами за себя: он не занимался коммерческой деятельностью, а среди его знакомых не было лиц, связанных с уголовным миром. Поэтому с учетом доступа Галлиева к сведениям, составляющим государственную тайну, на первый план вышла шпионская версия. К концу недели у Ковалева и Свинцова почти не осталось сомнений в том, что за гибелью Галлиева стояли спецслужбы Грузии. С этим они отправились на доклад к Борисову.
Внимательно выслушав, он согласился с их доводами, но, прежде чем сделать окончательный вывод, предложил:
— Итак, товарищи, давайте еще раз пройдемся по известным нам фактам и определимся: — Когда, где и при каких обстоятельствах Галлиев мог попасть в поле зрения спецслужб Грузии?
— Петр Николаевич, я так полагаю, что на Галлиева грузинская разведка вышла, когда он служил в нашей 12-й военной базе в Батуми, — предположил Свинцов.
— То есть до 2007 года — ее вывода в Россию? — уточнил Борисов.
